Ячейки Бенара представляют собой структуры, напоминающие ые соты, которые возникают в вязкой жидкости, подогреваемой снизу, после того, как градиент температуры превышает некоторое критическое значение. Весь слой жидкости распадается на одинаковые вертикальные шестигранные призмы с определенным соотношением между высотой и стороной. В центральной области призмы жидкость поднимается, а вблизи вертикальных граней опускается. В приповерхностном слое жидкость растекается от центра к краям, а в придонном - от границ призм к центру. При таком типе согласованного движения поток энтропии из системы максимален. Грандиозная структура подобных ячеек имеется на Солнце. Она образует конвективную зону сферической формы толщиной 105 км. Именно эта зона обеспечивает перенос на поверхность Солнца энер

вном облучении металлов потоком частиц высокой энергии ионы выбиваются из узлов кристаллической решетки. Возникающие вакансии объединяются, образуя частички пустоты - поры. Обычно пространственное распределение вакансионных пор случайно и близко к равномерному. Однако при определенных условиях может образовываться решеточное распределение пор, симметрия и кристаллографические оси которого являются такими же как и у решетки основного кристалла. Впервые решетку вакансионных пор (ее также называют сверхрешеткой) наблюдал в 1971 году Д.Эванс в чистом молибдене, облучаемом при 870 С ионами азота с энергией - 2 МэВ.

Примерами пространственно-временных структур являются режим генерации лазера и колебательные химические реакции. Возникновение когерентного излучения в лазере происходит при достижении мощности накачки (подводимой энергии) порогового значения. Атомы или молекулы рабочего тела лазера, излучавшие до этого независимо друг от друга, начинают испускать свет согласованно, в одной фазе.

Фазовый переход в физике означает скачкообразное изменение физических свойств при непрерывном изменении внешних параметров. Неравновесный фазовый переход определяется флуктуациями. Они нарастают, увеличивают свой масштаб до макроскопических значений. Возникает неустойчивость и система переходит в упорядоченное состояние. Неравновесные фазовые переходы различной природы имеют общие характеристики. Прежде всего, упорядочение связано с понижением симметрии, что обусловлено появлением ограничений из-за дополнительных связей (корреляций) между элементами системы. Л. Д. Ландау в 1937 г. предложил общую трактовку фазовых переходов 2-го рода как изменение симметрии. В точке перехода симметрия меняется скачком. Также общим свойством кинетических фазовых переходов является наличие фундаментальной макроскопической переменной, позволяющей дать единое описание процесса упорядочения - параметра порядка. По своему физическому смыслу параметр порядка - это корреляционная функция, определяющая степень дальнего порядка в системе.


3 Понятие динамического хаоса было введено в 1975 г. американскими учеными Т.Ли и Дж.Йорком.

Теория катастроф. [16,17]

Возникновение диссипативных структур носит пороговый характер. Неравновестная термодинамика связала пороговый характер с неустойчивостью, показав, что новая структура всегда является результатом раскрытия неустойчивости в результате флуктуаций. Можно сказать о ╚порядке через флуктуации╩. С математической точки зрения, неустойчивость и пороговый характер самоорганизации связаны с нелинейностью уравнений. Для линейных уравнений существует одно стационарное состояние, для нелинейных - несколько. Таким образом, пороговый характер самоорганизации связан с переходом из одного стационарного состояния в другое. Потеря системой устойчивости называется катастрофой. Точнее, катастрофа - это скачкообразное изменение, возникающее при плавном изменении внешних условий. Математическая теория, анализирующая поведение нелинейных динамических систем при изменении их параметров, называется теорией катастроф. Ее основой является новая область математики - теория особенностей гладких отображений, являющаяся далеким обобщением задач на экстремум в математическом анализе. Начало было положено в 1955 г. американским математиком Г.Уитни. После работ Р.Тома (давшего теории название) началось интенсивное развитие как самой теории катастроф, так и ее многочисленных приложений. Значение элементарной теории катастроф состоит в том, что она сводит огромное многообразие ситуаций к небольшому числу стандартных схем, которые можно детально исследовать раз и навсегда. Различают 7 канонических катастроф для функций одной или двух переменных и числа управляющих параметров, не превышающих 5.

Траектория нелинейной динамической системы в многомерном фазовом пространстве ведет себя необычным образом. При определенных условиях существует область, которая притягивает к себе все траектории из окрестных областей. Она была названа ╚странным аттрактором╩ Лоренца. Попадая в нее сколь угодно близкие траектории расходятся и имеют очень сложную и запутанную структуру. В странном аттракторе Лоренца выбранное наугад решение будет блуждать и со временем пройдет достаточно близко к любой точке аттрактора. По топологии странный аттрактор представляет собой, так называемое, фрактальное множество, характеризующееся дробной размерностью. Быстрое расхождение двух близких в начальный момент времени траекторий означает очень большую чувствительность решений к малому изменению начальных условий. Этим обусловлена большая трудность или даже невозможность долгосрочного прогноза поведения нелинейных динамических систем.

Теория катастроф определяет область существования различных структур, границы их устойчивости. Для изучения же динамики систем необходимо знать каким именно образом новые решения уравнений ╚ответвляются╩ от известного решения. Ответ на такие вопросы дает теория бифуркаций (разветвлений), то есть возникновения нового решения при критическом значении параметра. Момент перехода (катастрофический скачок) зависит от свойств системы и уровня флуктуаций.

В реальных условиях при углублении неравновесности в открытой системе возникает определенная последовательность бифуркаций, сопровождающаяся сменой структур. Типичным примером такого сценария является развитие турбулентности с чередующимися типами все более усложняющихся движений. Состояние системы в момент бифуркации является неустойчивым и бесконечно малое воздействие может привести к выбору дальнейшего пути. Финальным состоянием эволюционирующих физических систем является состояние динамического хаоса.

Иллюстрацией перехода к нему является логистическое уравнение:

Xn+1=CXn(I - Xn)

Для наглядности рассмотрим биологическую трактовку этого уравнения: изолированно живет популяция особей нормированной численностью Xn. Через год появляется потомство численностью Xn+1. Рост популяции описывается первым членом правой части уравнения - СХn где коэффициент С определяет скорость роста и является определяющим параметром. Убыль (за счет перенаселенности, недостатка пищи и т.п.) определяется вторым, нелинейным членом - (СХn)2. Зависимость численности популяции от параметра С приведена на рисунке.
численность популяции
Линии показывают значения Xn при больших n (n->oo). При С < 1 популяция с ростом n вымирает. В области 1 < С < 3 численность популяции приближается к постоянному значению Х0 = 1 - 1/c. Это область стационарных решений. Затем в диапазоне 3 < С < 3.57 появляются бифуркации, разветвление кривых на две. Численность популяции колеблется между двумя значениями, лежащими на этих ветвях. Сначала популяция резко возрастает, на следующий год возникает перенаселенность и через год численность снова становится малой. Далее происходит перекрывание областей различных решений и поведение системы становится хаотическим. Динамические переменные Xn принимают значения сильно эависящие от начальных. При расчетах на ЭВМ для близких начальных значений С решения могут резко отличаться. Более того, расчеты становятся некорректными, так как начинают зависеть от случайных процессов в самой ЭВМ. М.Фейгенбаум установил универсальные закономерности перехода к динамическому хаосу при удвоении периода, которые были экспериментально подтверждены для широкого класса механических, гидродинамических, химических и т.д. систем. Наряду с последовательностями удвоений периода (каскадами Фейгенбаума) имеются другие пути перехода к хаосу, когда, например, длительные периоды упорядоченного движения чередуются со вспышками беспорядка.

Применение синергетики в других науках

Синергетика выявила общность закономерностей развития объектов разного уровня организации. Разительное сходство уравнений, описывающих процессы в самых различных областях знаний позволяет говорить о структурном изоморфизме процессов самоорганизации любых систем. Для конкретных случаев меняются лишь параметры и значение входящих переменных. В химии, например, переменными являются концентрации реагирующих веществ. В биологии - численность организмов или биомасса, мембранный потенциал и т.д. Примером временной структуры в биологии является процесс ╚хищник- жертва╩. Периодические колебания численности популяции зайцев и питающихся ими рысей, прослеженные компанией по заготовке пушнины ╚Хадсон-Бей╩ в течение 90 лет описываются уравнением Лотки-Вольтерра. Это же уравнение описывает незатухающие концентрационные колебания в химических системах. С точки зрения неравновесной термодинамики, процесс Лотки - Вольтерра интересен тем, что описывает систему как бы бесконечно удаленную от состояния равновесия, но еще не перешедшую в неустойчивое состояние.

Деятельность организмов немыслима без автоволновых процессов, являющихся пространственно- временными структурами [18]. Хорошо известно ╚чувство времени╩ у многих биологических объектов, начиная от простейших и кончая высокорганизованными. Разгадка ╚биологических часов╩ лежит в периодических автоволновых процессах. Говорят, что природа не терпит пустоты, но любит ритм и цикличность.

Ярким примером последовательности бифуркаций и кинетических фазовых переходов является морфогенез [19]. Причем здесь наглядно проявляется самое глубокое, пространственное свойство этих переходов - скачкообразное изменение симметрии системы. Морфогенез - это возникновение тканей, органов и всей структуры организма в процессе его эмбрионального развития. Исходная яйцеклетка в первом приближении имеет форму шара. Эта симметрия сохраняется на стадии бластулы, когда клетки, возникающие в результате деления еще не дифференцированны. Далее сферическая симметрия нарушается и сохраняется лишь аксиальная симметрия. На стадии гаструлы нарушается и эта симметрия - образуется сагитальная плоскость, отделяющая брюшную полость от спинной. Усложнение системы сопровождается понижением ее симметрии. Справедливо выражение ╚порядок есть нарушение симметрии╩. Хаос в высшей степени симметричен: любая его точка подобна любой другой и все направления равноправны. Появление структуры сразу снижает симметрию.

Нарушения симметрии в ходе развития зародыша возникают спонтанно в результате неустойчивости симметричного состояния. Именно в это время малые изменения управляющих параметров (в данном случае химического состава окружающей среды) очень эффективно действуют на систему (зародыш). Появление в организме матери биологически активного вещества может привести к аномалии в развитии плода. Известным примером является запрещение талидомида, применявшегося как снотворное. У некоторой части принимавших его женщин рождались дети с многочисленными уродствами. Прием лекарства у них совпадал с моментом раскрытия неустойчивости в развитии плода.

При дальнейшем развитии организма происходит формирование структуры личности. Внешними факторами, приводящими к раскрытию неустойчивости в данном случае являются межличностные взаимодействия. В психологии известны многочисленные примеры неадекватной реакции подростков на незначительные события. Насмешка, просто неосторожное слово взрослых или сверстников иногда приводит к катастрофическим последствиям - уходу из дома, суициду. Каждый из читателей может вспомнить в своем прошлом моменты, когда какой-либо пустяк выводил его из равновесия (пользуясь терминологией синергетики - из состояния текущего равновесия).

Вернадский рассматривал жизнь на Земле как процесс имеющий космический источник энергии - Солнце. Причем основную роль в использовании солнечной энергии играют фотосинтезирующие организмы. Теория диссипативных структур выявляет более глубокую роль растительного покрова - обеспечение термодинамических условий существования жизни на планете [20]. Земной шар вместе с живой и неживой природой является открытой, неравновесной системой. От Солнца поступает поток энергии в виде излучения. Существование на Земле упорядоченной структуры в виде биосферы возможно лишь при отводе в космическое пространство большего количества энтропии, чем приходит с солнечным излучением и вырабатывается в биосфере в результате диссипативных процессов. Можно сказать, что самоорганизация поддерживается за счет поглощения отрицательной энтропии. По предложению Бриллюэна отрицательную энтропию стали называть негэнтропией. Негэнтропийный рацион Земли составляет, по оценке Ребане, 1022 кал*град-1 в год [20]. Поглощая солнечное излучение растительный покров понижает эффективную температуру уходящего излучения, увеличивая поток отводимой энтропии. Это увеличивает энтропию Вселенной, но обеспечивает поддержание стационарного состояния на Земле. В этом проявляется общее свойство жизни как упорядоченной подсистемы - она ускоряет рост энтропии системы в целом, но создает упорядоченность локально. Постоянство негэнтропийного рациона Земли лежит, по-видимому, в основе закона Вернадского о сохранении биомассы на Земле.

Современный взгляд на динамическую систему Земля - Солнце выявил значение солнечной активности. Возникающие флуктуации электромагнитного и корпускулярного излучений Солнца не превышают 10-3 от его общего потока, поэтому влияние солнечной активности на процессы, происходящие на Земле, раньше полностью отрицалось из-за энергетической малости. Однако сейчас установлено это влияние на самые разнообразные процессы в магнитосфере, верхнем и нижнем слоях атмосферы, гидро- и литосфере Земли. Воздействие происходит из-за сильной неравновесности ряда процессов в космическом пространстве, земной атмосфере и на самой Земле. Неравновесность же характеризуется наличием неустойчивостей. Солнечная активность выступает как спусковой крючок, приводящий к раскрытию этих неустойчивостей.

В настоящее время синергетические методы начинают находить применение в гуманитарных науках - экономике, социологии, психологии, лингвистике и т.д. В качестве конкретного социологического примера можно привести разработку Хакеном стохастической модели формирования общественного мнения, в которой содержится резкий переход между различными состояниями. Появляются попытки синергетического осмысления искусства [21].

Наука как открытая система

Синергетика применима и к анализу процесса самого научного познания. Наука представляет собой совокупность знаний, приведенных в систему, в которой факты и законы связаны между собой определенными соотношениями и взаимно обусловливают друг друга. Она является открытой информационной системой, связанной с внешним миром потоками информации. В физических системах самоорганизация начинается если энтропия системы убывает. Энтропия же и информация с точностью до знака совпадают [22]. Применение синергетики в информационной формулировке в данном случае наиболее удобно.

Система научных структур и понятий в своем единстве является парадигмой. С точки зрения синергетики, парадигма - это своего рода устойчивое состояние текущего равновесия. В условиях нормального экстенсивного развития парадигма разрешает возникающие рассогласования. По мере накопления информации, то есть ухода системы в сторону от равновесия, структура научных знаний должна пройти кинетический фазовый переход. Этот переход - переосмысление основ теории, изменение методологических предпосылок и стиля мышления - называется научной революцией. Коренная трансформация и смена ведущих представлений дают новую картину мира. В результате научной революции старая парадигма целиком или частично замещается новой. Атрибутами фазового перехода являются: отклонения и флуктуации в установившихся понятиях, учащающееся появление ╚еретических╩ гипотез, крупномасштабные флуктуации в теоретических интерпретациях, появление согласований и корреляций типа одновременности и независимости одних и тех же открытий в разных местах. Примером последнего может являться появление концепции ноосферы в трудах Леруа, Тейяра де Шардена и Вернадского, а также понятия ╚пневматосферы╩ (сферы духа) в работе П.А.Флоренского [23]. Развитие науки представляется процессом самоорганизации, проходящим через бифуркации, последовательность устойчивых, все более усложняющихся состояний - парадигм.

Нарушение открытости системы, прекращение притока новой информации приводит к диссипации знаний, схоластике. Замкнутость всего общества приводит к застою и деградации. Примером могут служить Спарта, средневековая Япония, изолированные племена.

В настоящее время синергетика показала свою общенаучную значимость. Происходят качественные изменения основы наших знаний, вызванные использованием идейного и понятийного багажа синергетики различными науками. Синергетика вводит новое видение мира и процессов эволюции. Ситуацию можно рассматривать как преддверие перехода на новую парадигму вслед за теорией относительности и квантовой механикой. Вместе с тем, следует помнить Сократа: ╚Основная ошибка, которой следует остерегаться, - полагать, что мы знаем больше, чем на самом деле╩. Л. де Бройль предупреждал о несостоятельности эйфории по поводу окончательности наших знаний: ╚...каждый успех нашего познания ставит больше проблем, чем решает...╩.

Заключение

Предыдущие пятьдесят лет показали необходимость форсированного перехода к ноосфере. Взрывообразно выросшее в результате научно-технической революции антропогенное давление на природу привело биосферу на грань необратимых изменений. Овладение ядерной энергией поставило вопрос о возможном одномоментном уничтожении жизни на Земле и даже самой планеты. С другой стороны, ускорение эволюции общества обеспечило условия для коллективной работы в планетном масштабе в целях устойчивого развития. Появление компьютеров позволило создать сети для быстрого информационного обмена. Появилась синергетика - мощный инструмент для дальнейшего познания мира в его взаимосвязанности и взаимообусловленности, позволяющий выявить механизмы этой взаимообусловленности. По словам Н.Н.Моисеева: ╚Установленные Вернадским факты дают отправную позицию для превращения его учения о ноосфере в теорию,пригодную в практических исследованиях, необходимых для реализации ноосферогенеза╩[24]. Применение синергетического подхода к изучению процессов в природе, обществе и их взаимодействия позволит наполнить конкретным содержанием провидческие слова Вернадского о причинной связи всех наблюдаемых явлений. Изучение этой причинной связи и выявление роли и места человека в процессах природной самоорганизации является центральной проблемой современной науки. Развитие связано с углублением неравновесности, что приводит к увеличению числа и глубины неустойчивостей, количества бифуркаций. В общем плане именно это и может представлять опасность дальнейшему развитию человечества. Чтобы избежать глобальных угроз необходимо новое, согласованное мышление, скоординированность совместных усилий всего человечества.

Литература

  1. Le Roy Edouard. L'exigence idealiste et le fail d'evolution. Paris: Alcan, 1927.
  2. Тейяр де Шарден П. Феномен человека.М., 1987.
  3. Вернадский Ё.И. Биосфера. Избр. соч. т. 5, М., 1960.
  4. Мировая энергетика. Прогноз развития до 2ОООгода. Под ред. Ю.Н.Старшинова. М., 1980.
  5. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. М., 1991.
  6. Зоммерфельд А. Термодинамика и статистическая физика. М., 1955.
  7. Климантович ЮЛ. Статистическая физика. М., 1982.
  8. Пригожин И.Р. От существующего к возникающему. М., 1985.
  9. Пригожин И.Р., Стенгерс И. Порядок из хаоса. М., 1986.
  10. Пригожин И.Р., Стенгерс И. Время, хаос, квант. М., 1994.
  11. Хакен Г. Синергетика. М., 1994.
  12. Хакен Г.Синергетика.Иерархия неустойчивости в самоорганизующихся системах и устройствах. М., 1985.
  13. Эбелинг В. Образование структур при необратимых процессах. М..1979.
  14. Карери Дж. Порядок и беспорядок в структуре материи. М., 1980.
  15. Зиген М. Самоорганизация материи и эволюция биологических макромолекул. М.,1973.
  16. Томпсон Дж.М.Т. Неустойчивость и катастрофы в науке и технике. М., 1985.
  17. Арнольд В.И. Теория катастроф. М., 1990.
  18. Блюменфельд Л.А.. Проблемы биологической физики. М., 1977.
  19. Романовский Ю.М.. Степанова П.В.. Чернавский Д.С. Математическая биофизика. М., 1984.
  20. Ребане К.К. Энергия, энтропия, среда обитания. Таллин, 1984.
  21. Евин И А. Синергетика искусства. М., 1993.
  22. Волькенштейн М.В. Энтропия и информация. М., 1986.
  23. Флоренский П.А. Философия, наука, техника. Л., 1989.
  24. Моисеев Н .Н. Вернадский и современность., В кн. В.И.Вернадский. Живое вещество и биосфера. М., 1994.

НООСФЕРА В ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ИЗМЕРЕНИИ

Т.В.Холостова

Учение о ноосфере связывается с человеком не случайно. Ее нельзя охарактеризовать набором объективных признаков, присущих природе определенного периода. Главное и, пожалуй, самое существенное для ноосферы - принципиально новый тип связи природы и человека. Поэтому можно сказать, что ее формирование предполагает глубокие преобразования в самом человеке и прежде всего в сфере его сознания.

С другой стороны понятие ноосферы обретает свой особый смысл лишь в соотношении с аналогичными понятиями биосфера и техносфера. Эти понятия не означают наименования периодов в истории планеты, сменяющих друг друга. Конечно, определенные хронологические периоды отделяют возникновение биосферы от времени становления техносферы, но суть их отношения к временной последовательности не сводится. Сложность исторической ситуации для современного человека состоит в том, что он вовлечен во все типы связей с природой, стоящие за этими именованиями. Поэтому нельзя избежать хотя бы самой общей их характеристики: биосфера, техносфера и ноосфера относятся в настоящее время к условиям существования человека.



© Т.В.Холостова, 1996

Холостова Тамара Витальевна, кандидат философских наук, доцент кафедры философии и культурологии Республиканского гуманитарного института при СПбГУ.

Биосфера

С одной стороны человек является частью сложнейшей системы - биосферы, которая формировалась многие миллионы лет и существует в настоящее время. В.И.Вернадский в одной из своих статей резко выступил против приписывания человеку излишней автономности. Рассмотрение его в качестве отдельного объекта возможно лишь в узких пределах, по существу же он является ╚частью живого вещества планеты╩. Конечно, история развития человека и его материальной культуры изменила его положение; связь с природой становится все более опосредованной, но она остается. Более того, человек продолжает быть неразрывно связанным с природой, а человечество может существовать лишь в пределах ее сохранения. Это позволяет сделать ряд поправок мировоззренческого характера.

Во-первых, обособление человека от природы, также как и рассмотрение социальной формы развития как надприродной, является слишком сильным допущением, если не сказать ошибочным, и может иметь место, как писал В.И.Вернадский, лишь в сознании.

Во-вторых, геологическая оболочка нашей планеты - биосфера - изменяется медленно, в особом временном режиме. Человечество может знать эти изменения и может не знать их, но оно не может не испытывать на себе их воздействия.

И в-третьих, связь с биосферой при всей ее изменчивости остается запредельной и может быть отнесена к важнейшим факторам социального развития на всех его этапах. Следует отметить, что создается реальная опасность, не поняв и не пережив до конца смысл понятия биосферы для человека и общества, выйти в своих мировоззренческих ориентациях за ее пределы, увлекаясь новыми понятиями и вновь открывшимися горизонтами. Забегая вперед можно было бы напомнить, что Вернадский, с чьим именем связано учение о ноосфере в нашей стране, определял ее как ╚особое состояние биосферы╩ (Научная мысль как геологическая сила, гл. 1, разд. И, Размышление натуралиста М., 1977, с.21).

Техносфера

Вместе с тем XX век, определяя современное положение человечества в природе, ввел в употребление новое понятие техносферы, в пределах которой человек получает свое специфическое развитие. Оно отражено в особом образе человека и в понятиях Homo Sapiens и Homo fabes и означает возникновение принципиально новых связей и нового положения человека в природе. Создание материальной культуры, утилизация многих форм природной энергии, которую удалось человеку поставить на службу своим интересам, создание искусственной среды обитания и техническое усиление своих природных способностей - все это убедительно доказывает наступление нового этапа в отношениях между человеком и природой. В этот период, длящийся до сих пор, человек освоил всю территорию земли, научился пользоваться не только наличным природным материалом, но и теми ресурсами, которые могли служить ему в этом качестве после глубокого преобразования. Это потребовало от человечества напряжения всех его сил и не только обеспечивало его выживание и практический успех, но и создавало особую воспроизводящуюся систему воспитания востребованных в человеке способностей. Его внимание было приковано к устойчивым повторяющимся связям между явлениями природы, которые в силу этой устойчивости были воспроизводимыми, а значит могли быть практически использованы. Природа при этом отчуждалась в объект познания, в сырье, ресурсы и строительный материал, а в человеке развивались те качества, которые были для этого необходимы. Долгое время все изъятия из природы, производимые человеком, не разрушали ее целостности и способности к восстановлению. Все это время господствовало мировоззрение антропоцентристского толка, ему соответствовала парадигма аналитика-прагматического познания и освоения мира. В познании победила модель субъективно-объективного противопоставления, отразившего особую форму разрыва между человеком и природой и долгое время она была безусловной и единственной формой объяснения мира. Вся психика приравнивалась к сознанию, а оно в свою очередь к знанию, к накоплению объективных сведений об окружающем мире.

Потребовались особые усилия выдающихся ученых для того, чтобы расширить понятие человеческой психики, включив туда и бессознательное. Да и сам человек в целом толковался как носитель сознании, делавшего его субъектом познания, и как производитель, осуществляющий преобразование природы в своих интересах. Сознание в свою очередь объяснялось обеспечивающими его физиологическими процессами и предметностью окружающего мира. Тем самым круг объяснения человека замыкался. Если добавить к этому, что прогресс в познании осуществлялся за счет непрерывной и все углубляющейся специализации и разделения труда, становится понятным, почему при этом происходит утрата представлений о целостной природе и понимания ее значения в жизни человека.

Техносфера - это период и особый тип связи с природой, которая познается и объясняется на глубину целенаправленного практического усилия человека. Понянтие ╚разумный╩ сближается по смыслу с понятием извлекающий пользу. Практика, практический успех становится критерием истины. Не забудем и о том, что она была и основой познания. Не следует преувеличивать значение марксистской теории - она была не столько причиной подобных представлений, сколько симптомом обнаружения складывающихся отношений, при которых корыстное человеческое усилие определяло глубину познания и его смысл. Стоимость производимого продукта исчислялась по преимуществу затраченным человеческим трудом (политэкономия К.Маркса). За экраном человеческого познания оставалась вся используемая природа, потребление которой воспринималось как элемент прогрессивного развития человечества.


Представления человека о себе

Аналитика-прагматическая парадигма исследования породила в сознании человека весьма своеобразное представление не только о мире, но и о себе самом. Человек был объявлен венцом творения, а его деятельность высшей формой развития. Общество было вынесено за пределы биосферы и толковалось как надприродное. Право человека господствовать над всеми остальными формами жизни было общепризнанным и сохраняется до сих пор: даже в самых радикальных экологических программах вопрос о спасении природы ставится во имя человека и для его блага. Техносфера все больше напоминает человеческую империю, которая осуществляется жестким и неумным деспотом, обладающим хищным аппетитом. Недаром получила хождение фраза об истинном смысле отношений между человеком и природой: ╚жадный захват мертвого объекта хищным гносеологическим субъектом╩. Конечным результатом этого оказалось разъятое мира в сознании человека, безудержная эксплуатация и уничтожение мира, резкое ухудшение природы самого человека, нормальное состояние которого стало требовать особых усилий. Это отразилось и на внутренних ориентациях личности. Реализовать свои возможности, состояться как личность, занять высокое положение в обществе - все это в рамках личного устройства, при котором человек остается высокой целью себя самого. Подобные ориентации, существующие и в настоящее время, необходимый и закономерный элемент человеческой империи на земле. Существование подобных самоопределений вряд ли могут быть оспорены, важно другое - они устойчиво соединяются с понятиями экологического кризиса, с ощущением надвигающейся катастрофы.

Пр

Ячейки Бенара представляют собой структуры, напоминающие пчелиные соты, которые возникают в вязкой жидкости, подогреваемой снизу, после того, как градиент температуры превышает некоторое критическое значение. Весь слой жидкости распадается на одинаковые вертикальные шестигранные призмы с определенным соотношением между высотой и стороной. В центральной области призмы жидкость поднимается, а вблизи вертикальных граней опускается. В приповерхностном слое жидкость растекается от центра к краям, а в придонном - от границ призм к центру. При таком типе согласованного движения поток энтропии из системы максимален. Грандиозная структура подобных ячеек имеется на Солнце. Она образует конвективную зону сферической формы толщиной 105 км. Именно эта зона обеспечивает перенос на поверхность Солнца энергии, высвобождающейся за счет термоядерных реакций в его недрах.

При непрерывном облучении металлов потоком частиц высокой энергии ионы выбиваются из узлов кристаллической решетки. Возникающие вакансии объединяются, образуя частички пустоты - поры. Обычно пространственное распределение вакансионных пор случайно и близко к равномерному. Однако при определенных условиях может образовываться решеточное распределение пор, симметрия и кристаллографические оси которого являются такими же как и у решетки основного кристалла. Впервые решетку вакансионных пор (ее также называют сверхрешеткой) наблюдал в 1971 году Д.Эванс в чистом молибдене, облучаемом при 870 С ионами азота с энергией - 2 МэВ.

Примерами пространственно-временных структур являются режим генерации лазера и колебательные химические реакции. Возникновение когерентного излучения в лазере происходит при достижении мощности накачки (подводимой энергии) порогового значения. Атомы или молекулы рабочего тела лазера, излучавшие до этого независимо друг от друга, начинают испускать свет согласованно, в одной фазе.

Фазовый переход в физике означает скачкообразное изменение физических свойств при непрерывном изменении внешних параметров. Неравновесный фазовый переход определяется флуктуациями. Они нарастают, увеличивают свой масштаб до макроскопических значений. Возникает неустойчивость и система переходит в упорядоченное состояние. Неравновесные фазовые переходы различной природы имеют общие характеристики. Прежде всего, упорядочение связано с понижением симметрии, что обусловлено появлением ограничений из-за дополнительных связей (корреляций) между элементами системы. Л. Д. Ландау в 1937 г. предложил общую трактовку фазовых переходов 2-го рода как изменение симметрии. В точке перехода симметрия меняется скачком. Также общим свойством кинетических фазовых переходов является наличие фундаментальной макроскопической переменной, позволяющей дать единое описание процесса упорядочения - параметра порядка. По своему физическому смыслу параметр порядка - это корреляционная функция, определяющая степень дальнего порядка в системе.


3 Понятие динамического хаоса было введено в 1975 г. американскими учеными Т.Ли и Дж.Йорком.

Теория катастроф. [16,17]

Возникновение диссипативных структур носит пороговый характер. Неравновестная термодинамика связала пороговый характер с неустойчивостью, показав, что новая структура всегда является результатом раскрытия неустойчивости в результате флуктуаций. Можно сказать о ╚порядке через флуктуации╩. С математической точки зрения, неустойчивость и пороговый характер самоорганизации связаны с нелинейностью уравнений. Для линейных уравнений существует одно стационарное состояние, для нелинейных - несколько. Таким образом, пороговый характер самоорганизации связан с переходом из одного стационарного состояния в другое. Потеря системой устойчивости называется катастрофой. Точнее, катастрофа - это скачкообразное изменение, возникающее при плавном изменении внешних условий. Математическая теория, анализирующая поведение нелинейных динамических систем при изменении их параметров, называется теорией катастроф. Ее основой является новая область математики - теория особенностей гладких отображений, являющаяся далеким обобщением задач на экстремум в математическом анализе. Начало было положено в 1955 г. американским математиком Г.Уитни. После работ Р.Тома (давшего теории название) началось интенсивное развитие как самой теории катастроф, так и ее многочисленных приложений. Значение элементарной теории катастроф состоит в том, что она сводит огромное многообразие ситуаций к небольшому числу стандартных схем, которые можно детально исследовать раз и навсегда. Различают 7 канонических катастроф для функций одной или двух переменных и числа управляющих параметров, не превышающих 5.

Траектория нелинейной динамической системы в многомерном фазовом пространстве ведет себя необычным образом. При определенных условиях существует область, которая притягивает к себе все траектории из окрестных областей. Она была названа ╚странным аттрактором╩ Лоренца. Попадая в нее сколь угодно близкие траектории расходятся и имеют очень сложную и запутанную структуру. В странном аттракторе Лоренца выбранное наугад решение будет блуждать и со временем пройдет достаточно близко к любой точке аттрактора. По топологии странный аттрактор представляет собой, так называемое, фрактальное множество, характеризующееся дробной размерностью. Быстрое расхождение двух близких в начальный момент времени траекторий означает очень большую чувствительность решений к малому изменению начальных условий. Этим обусловлена большая трудность или даже невозможность долгосрочного прогноза поведения нелинейных динамических систем.

Теория катастроф определяет область существования различных структур, границы их устойчивости. Для изучения же динамики систем необходимо знать каким именно образом новые решения уравнений ╚ответвляются╩ от известного решения. Ответ на такие вопросы дает теория бифуркаций (разветвлений), то есть возникновения нового решения при критическом значении параметра. Момент перехода (катастрофический скачок) зависит от свойств системы и уровня флуктуаций.

В реальных условиях при углублении неравновесности в открытой системе возникает определенная последовательность бифуркаций, сопровождающаяся сменой структур. Типичным примером такого сценария является развитие турбулентности с чередующимися типами все более усложняющихся движений. Состояние системы в момент бифуркации является неустойчивым и бесконечно малое воздействие может привести к выбору дальнейшего пути. Финальным состоянием эволюционирующих физических систем является состояние динамического хаоса.

Иллюстрацией перехода к нему является логистическое уравнение:

Xn+1=CXn(I - Xn)

Для наглядности рассмотрим биологическую трактовку этого уравнения: изолированно живет популяция особей нормированной численностью Xn. Через год появляется потомство численностью Xn+1. Рост популяции описывается первым членом правой части уравнения - СХn где коэффициент С определяет скорость роста и является определяющим параметром. Убыль (за счет перенаселенности, недостатка пищи и т.п.) определяется вторым, нелинейным членом - (СХn)2. Зависимость численности популяции от параметра С приведена на рисунке.
численность популяции
Линии показывают значения Xn при больших n (n->oo). При С < 1 популяция с ростом n вымирает. В области 1 < С < 3 численность популяции приближается к постоянному значению Х0 = 1 - 1/c. Это область стационарных решений. Затем в диапазоне 3 < С < 3.57 появляются бифуркации, разветвление кривых на две. Численность популяции колеблется между двумя значениями, лежащими на этих ветвях. Сначала популяция резко возрастает, на следующий год возникает перенаселенность и через год численность снова становится малой. Далее происходит перекрывание областей различных решений и поведение системы становится хаотическим. Динамические переменные Xn принимают значения сильно эависящие от начальных. При расчетах на ЭВМ для близких начальных значений С решения могут резко отличаться. Более того, расчеты становятся некорректными, так как начинают зависеть от случайных процессов в самой ЭВМ. М.Фейгенбаум установил универсальные закономерности перехода к динамическому хаосу при удвоении периода, которые были экспериментально подтверждены для широкого класса механических, гидродинамических, химических и т.д. систем. Наряду с последовательностями удвоений периода (каскадами Фейгенбаума) имеются другие пути перехода к хаосу, когда, например, длительные периоды упорядоченного движения чередуются со вспышками беспорядка.

Применение синергетики в других науках

Синергетика выявила общность закономерностей развития объектов разного уровня организации. Разительное сходство уравнений, описывающих процессы в самых различных областях знаний позволяет говорить о структурном изоморфизме процессов самоорганизации любых систем. Для конкретных случаев меняются лишь параметры и значение входящих переменных. В химии, например, переменными являются концентрации реагирующих веществ. В биологии - численность организмов или биомасса, мембранный потенциал и т.д. Примером временной структуры в биологии является процесс ╚хищник- жертва╩. Периодические колебания численности популяции зайцев и питающихся ими рысей, прослеженные компанией по заготовке пушнины ╚Хадсон-Бей╩ в течение 90 лет описываются уравнением Лотки-Вольтерра. Это же уравнение описывает незатухающие концентрационные колебания в химических системах. С точки зрения неравновесной термодинамики, процесс Лотки - Вольтерра интересен тем, что описывает систему как бы бесконечно удаленную от состояния равновесия, но еще не перешедшую в неустойчивое состояние.

Деятельность организмов немыслима без автоволновых процессов, являющихся пространственно- временными структурами [18]. Хорошо известно ╚чувство времени╩ у многих биологических объектов, начиная от простейших и кончая высокорганизованными. Разгадка ╚биологических часов╩ лежит в периодических автоволновых процессах. Говорят, что природа не терпит пустоты, но любит ритм и цикличность.

Ярким примером последовательности бифуркаций и кинетических фазовых переходов является морфогенез [19]. Причем здесь наглядно проявляется самое глубокое, пространственное свойство этих переходов - скачкообразное изменение симметрии системы. Морфогенез - это возникновение тканей, органов и всей структуры организма в процессе его эмбрионального развития. Исходная яйцеклетка в первом приближении имеет форму шара. Эта симметрия сохраняется на стадии бластулы, когда клетки, возникающие в результате деления еще не дифференцированны. Далее сферическая симметрия нарушается и сохраняется лишь аксиальная симметрия. На стадии гаструлы нарушается и эта симметрия - образуется сагитальная плоскость, отделяющая брюшную полость от спинной. Усложнение системы сопровождается понижением ее симметрии. Справедливо выражение ╚порядок есть нарушение симметрии╩. Хаос в высшей степени симметричен: любая его точка подобна любой другой и все направления равноправны. Появление структуры сразу снижает симметрию.

Нарушения симметрии в ходе развития зародыша возникают спонтанно в результате неустойчивости симметричного состояния. Именно в это время малые изменения управляющих параметров (в данном случае химического состава окружающей среды) очень эффективно действуют на систему (зародыш). Появление в организме матери биологически активного вещества может привести к аномалии в развитии плода. Известным примером является запрещение талидомида, применявшегося как снотворное. У некоторой части принимавших его женщин рождались дети с многочисленными уродствами. Прием лекарства у них совпадал с моментом раскрытия неустойчивости в развитии плода.

При дальнейшем развитии организма происходит формирование структуры личности. Внешними факторами, приводящими к раскрытию неустойчивости в данном случае являются межличностные взаимодействия. В психологии известны многочисленные примеры неадекватной реакции подростков на незначительные события. Насмешка, просто неосторожное слово взрослых или сверстников иногда приводит к катастрофическим последствиям - уходу из дома, суициду. Каждый из читателей может вспомнить в своем прошлом моменты, когда какой-либо пустяк выводил его из равновесия (пользуясь терминологией синергетики - из состояния текущего равновесия).

Вернадский рассматривал жизнь на Земле как процесс имеющий космический источник энергии - Солнце. Причем основную роль в использовании солнечной энергии играют фотосинтезирующие организмы. Теория диссипативных структур выявляет более глубокую роль растительного покрова - обеспечение термодинамических условий существования жизни на планете [20]. Земной шар вместе с живой и неживой природой является открытой, неравновесной системой. От Солнца поступает поток энергии в виде излучения. Существование на Земле упорядоченной структуры в виде биосферы возможно лишь при отводе в космическое пространство большего количества энтропии, чем приходит с солнечным излучением и вырабатывается в биосфере в результате диссипативных процессов. Можно сказать, что самоорганизация поддерживается за счет поглощения отрицательной энтропии. По предложению Бриллюэна отрицательную энтропию стали называть негэнтропией. Негэнтропийный рацион Земли составляет, по оценке Ребане, 1022 кал*град-1 в год [20]. Поглощая солнечное излучение растительный покров понижает эффективную температуру уходящего излучения, увеличивая поток отводимой энтропии. Это увеличивает энтропию Вселенной, но обеспечивает поддержание стационарного состояния на Земле. В этом проявляется общее свойство жизни как упорядоченной подсистемы - она ускоряет рост энтропии системы в целом, но создает упорядоченность локально. Постоянство негэнтропийного рациона Земли лежит, по-видимому, в основе закона Вернадского о сохранении биомассы на Земле.

Современный взгляд на динамическую систему Земля - Солнце выявил значение солнечной активности. Возникающие флуктуации электромагнитного и корпускулярного излучений Солнца не превышают 10-3 от его общего потока, поэтому влияние солнечной активности на процессы, происходящие на Земле, раньше полностью отрицалось из-за энергетической малости. Однако сейчас установлено это влияние на самые разнообразные процессы в магнитосфере, верхнем и нижнем слоях атмосферы, гидро- и литосфере Земли. Воздействие происходит из-за сильной неравновесности ряда процессов в космическом пространстве, земной атмосфере и на самой Земле. Неравновесность же характеризуется наличием неустойчивостей. Солнечная активность выступает как спусковой крючок, приводящий к раскрытию этих неустойчивостей.

В настоящее время синергетические методы начинают находить применение в гуманитарных науках - экономике, социологии, психологии, лингвистике и т.д. В качестве конкретного социологического примера можно привести разработку Хакеном стохастической модели формирования общественного мнения, в которой содержится резкий переход между различными состояниями. Появляются попытки синергетического осмысления искусства [21].

Наука как открытая система

Синергетика применима и к анализу процесса самого научного познания. Наука представляет собой совокупность знаний, приведенных в систему, в которой факты и законы связаны между собой определенными соотношениями и взаимно обусловливают друг друга. Она является открытой информационной системой, связанной с внешним миром потоками информации. В физических системах самоорганизация начинается если энтропия системы убывает. Энтропия же и информация с точностью до знака совпадают [22]. Применение синергетики в информационной формулировке в данном случае наиболее удобно.

Система научных структур и понятий в своем единстве является парадигмой. С точки зрения синергетики, парадигма - это своего рода устойчивое состояние текущего равновесия. В условиях нормального экстенсивного развития парадигма разрешает возникающие рассогласования. По мере накопления информации, то есть ухода системы в сторону от равновесия, структура научных знаний должна пройти кинетический фазовый переход. Этот переход - переосмысление основ теории, изменение методологических предпосылок и стиля мышления - называется научной революцией. Коренная трансформация и смена ведущих представлений дают новую картину мира. В результате научной революции старая парадигма целиком или частично замещается новой. Атрибутами фазового перехода являются: отклонения и флуктуации в установившихся понятиях, учащающееся появление ╚еретических╩ гипотез, крупномасштабные флуктуации в теоретических интерпретациях, появление согласований и корреляций типа одновременности и независимости одних и тех же открытий в разных местах. Примером последнего может являться появление концепции ноосферы в трудах Леруа, Тейяра де Шардена и Вернадского, а также понятия ╚пневматосферы╩ (сферы духа) в работе П.А.Флоренского [23]. Развитие науки представляется процессом самоорганизации, проходящим через бифуркации, последовательность устойчивых, все более усложняющихся состояний - парадигм.

Нарушение открытости системы, прекращение притока новой информации приводит к диссипации знаний, схоластике. Замкнутость всего общества приводит к застою и деградации. Примером могут служить Спарта, средневековая Япония, изолированные племена.

В настоящее время синергетика показала свою общенаучную значимость. Происходят качественные изменения основы наших знаний, вызванные использованием идейного и понятийного багажа синергетики различными науками. Синергетика вводит новое видение мира и процессов эволюции. Ситуацию можно рассматривать как преддверие перехода на новую парадигму вслед за теорией относительности и квантовой механикой. Вместе с тем, следует помнить Сократа: ╚Основная ошибка, которой следует остерегаться, - полагать, что мы знаем больше, чем на самом деле╩. Л. де Бройль предупреждал о несостоятельности эйфории по поводу окончательности наших знаний: ╚...каждый успех нашего познания ставит больше проблем, чем решает...╩.

Заключение

Предыдущие пятьдесят лет показали необходимость форсированного перехода к ноосфере. Взрывообразно выросшее в результате научно-технической революции антропогенное давление на природу привело биосферу на грань необратимых изменений. Овладение ядерной энергией поставило вопрос о возможном одномоментном уничтожении жизни на Земле и даже самой планеты. С другой стороны, ускорение эволюции общества обеспечило условия для коллективной работы в планетном масштабе в целях устойчивого развития. Появление компьютеров позволило создать сети для быстрого информационного обмена. Появилась синергетика - мощный инструмент длДуховность

Эта инстанция, назовем ее духовной потенцией, т.к. она не сводима ни к природным качествам, ни к явлениям социального окружения, дает возможность человеку противостоять себе самому, сохранять дистанцию по отношению к себе, контролировать и оценивать совершенные и еще только задуманные поступки. Без этой духовной инстанции было бы невозможны самосознание, рост и развитие каждого и вся та внутренняя работа, которая меняет человека и производит существенные перемены в окружающем мире.

Человек как микрокосм не является суммой своих составляющих. Каждый - сложная иерархизированная система структур, а место, значение и сравнительная роль духа определяют меру человека в человеке. Это не значит, что дух одинаково представлен в психике всех людей. Напротив, мы имеем дело с широким диапазоном состояний, с человечеством как множеством. Эволюция, представленная в психосоматике человека, создает основу для варьирования и выбора в широком диапазоне значений: от растительно-животного состояния до напряженного духовного подвижничества. Духовная потенция реализуется в процессе самоопределения, в возможном и частом противостоянии природным импульсам и давлению со стороны среды, осуществляя мобилизацию сознательно-волевых ресурсов человека. В результате мы можем говорить о том, что оставаясь морфологически представителем одного и того же вида жизни, членом социальной общности и ее конкретных подразделений, каждый реализует в себе человека определенной высоты и достоинства. Мы распознаем эту человеческую меру во всей полноте проявлений конкретного человека. Она выражается не столько в содержании самого дела, сколько в мотиве. Это хорошо отражено в известной притче о трех рабочих, возивших тяжелые тачки на стройке. На вопрос, что они делают, все ответили по-разному: один сказал, что зарабатывает себе на хлеб, другой - кормит семью, а третий - строит храм. Разница в мотиве отразила разную меру духовного осмысления своего труда.

Проявления и развитие духовности

Духовность проявляется в способности человека выйти за пределы личных интересов и идентифицироваться с другим, с делом, со своим окружением, с природой, с миром, который его окружает. Только этой способностью сохраняется смысл понятий Родина, Отчизна, ею живут такие понятия как долг, совесть, дружба, верность, патриотизм.

По мере развития духовности происходят важные, но не всегда заметные перемены. Умение задерживать желание перестраивает всю мотивационную сферу, создавая пространство и время для саморазвития, познания, обретения мастерства, т.е. всех качеств, необходимых человеку этой эпохи. При этом меняется пространственновременная ориентация: жизнь в текущем моменте заменяется крупномасштабной метрикой больших этапов жизни. Ни одно из главных человеческих качеств нельзя приобрести, если важным кажется только то, что происходит сейчас и приносит немедленный результат. Логика существования, когда в расчет берется вся жизнь может дать большую итоговую результативность, но не является пределом. Даже если ты мыслишь масштабом всей жизни, это не значит, что ты достиг потолка духовных возможностей человека. Недаром в известной легенде о Прометее в XX веке открылся ранее не читаемый смысл: Прометей был наказан за то, что дал огонь кратко живущим людям, умеющим мыслить лишь в масштабе своей жизни. Этот масштаб не вмещает в себя судьбы отечества, будущее человечества, защиту природы, социальный прогресс и многое другое. Для обеспечения всего этого необходимо уметь мыслить периодами, далеко выходящими за пределы всей человеческой жизни. Это предполагает большее духовное напряжение. Очевидно, что все, нажитое человеком путем напряженного самоформирования, не имеет абсолютно однозначной цены. Высокий профессионализм, обретенное мастерство, накопленные знания, если они использованы в личных целях, не имеют высокой духовной ценности, более того, они могут быть причиной многих отрицательных последствий. Гениальный физик, талантливый биолог, авторитетный химик, как и все остальные формы высочайшего профессионализма, оцениваемые с позиции их духовности, получают разную оценку в зависимости от того, учитывали ли эти люди интересы других, в том числе и тех, кто будет жить после них.



Духовность в наше время

Наше время испытывает духовность человека еще в одном направлении: насколько согласована чистота помыслов с готовностью действовать. Разделение труда зашло слишком далеко: идейная сторона духовных устремлений человека стала автономной областью людей гуманитарного профиля, естественники чувствуют себя связанными с практическим освоением мира, с ощущением, что они не болтают, а делают дело. Опыт подобного разделения и автономии делает важным рассмотрение еще одного признака духовности: она не может быть сведена ни к прекраснодушным порывам, ни к выполнению дел, не соотнесенных с их духовным смыслом. Широко представленная в опыте XX века отвлеченность духовных исканий, часто демонстративно противостоит реальной жизни. Это заставляет нас сделать еще один вывод: духовность не может быть сведена к чистым идеям, по своему существу она является качеством жизни человека. Это понятие ╚качество жизни╩ требует определенной расшифровки. Не раз в текстах западных и восточных мыслителей звучала мысль о духовности как аскетическом самоопределении. Возникали практические движения, в основе которых лежало принятие аскезы, степень которой доходила до подлинного умервщления плоти. Требуя от человека предельного напряжения, становясь делом всей жизни, подобные духовные борения оставались противоположны и даже враждебны жизни. Получалось, что героические подвиги оставались делом личного самоустроения. А это значит, что ╚смирение╩ оказывается ╚паче гордости╩ и высокая цель остается бесплодной.

Противоречие между устремлением к высокой цели и не менее важным принципом реальности может быть разрешено.

Во-первых, стремление к высокой цели жизненно важно для человека. Оно создает необходимую напряженность внутренней жизни, обеспечивает ощущение ее полноты, награждает человека чувством собственного достоинства, повышает его жизнеспособность.

Известны слова Ницше: ╚У кого есть зачем жить, может вынести любое как╩. Но вопрос можно поставить еще резче: духовность противоположна аскетизму. Она способна дать человеку радость, чувство свободы и осмысленности жизни. Недаром говорят: с человека, потерявшего себя как высокую цель, спадают цепи всех ограничений.

Во-вторых, высокая цель не может быть не связанной с реальностью. Сегодня эта связь прослеживается особенно четко: человечество переживает кризис, причем это относится не только к России, но и к тем странам, которые сегодня относятся нами к процветающим. Этот кризис проявляется в нескольких направлениях глубоко взаимосвязанных между собой: это атомизация общества, разинтегрированность его членов общим стремлением к успеху и личным достижениям утрата смысла жизни, симптоматически проявляющая себя в распространении алкоголя и наркотиков; в резком ухудшении экологической обстановки - степень антроподеформации природы приближается к своей критической точке. Практически мы имеем дело с двойной деформацией - нарушением внутреннего равновесия и гармонии в человеке и разрушением восстановительной функции природы. К сожалению, приходится констатировать, что по степени кризиса мы не только отстаем от наиболее развитых экономически стран, но и значительно их опережаем по целому ряду пунктов.

Незаметно для себя человечество перешло в эпоху, охваченную необратимыми и гибельными изменениями, в мир обнаруженных дефицитов, которые заставили по-новому осмыслить стоимость производимых товаров, в эпоху, когда алкоголь становится неотъемлемым элементом жизни. Перечень подобных явлений становится общим местом публикаций, посвященных современности. Для нас же важна особенность этого периода, который соединяет жесткую реальность и высокую цель предотвращения гибели. Ее можно считать историческим вызовом поколению, и обращен этот вызов к его духовным возможностям. Слишком велика и трудна задача, поэтому все ресурсы человека должны быть привлечены.

Новая идеология

Движение к ноосфере предполагает: сделать проблему спасения природы общим делом. Причем в данном случае речь идет о формировании принципиально новой идеологии. Если раньше идеология разделяла и противопоставляла друг другу страны н континенты, то теперь она должна объединить осознанием общего и неотменяемого дела.

Учитывая ставшую известной новую картографию психической деятельности, мы можем разрабатывать сближение познания и самопознания. Речь в данном случае идет о возможностях, которые таит в себе бессознательное, связанное с семантикой вселенной.

Новые аспекты субъективности, соединяясь со всем богатством накопленного знания, помогут человеку обрести новое качество, необходимое для формирования ноосферы, стать субъектным представителем и защитником природы, обогащая природу сознанием и волей мыслящего человека. Получая в лице человека сознание, вооруженное всей накопленной информацией, и волю, способную привлечь энергию, которой он располагает, природа получает реальную возможность выжить даже в этих трудных условиях. Очевидно, что одним просветительством обойтись не удастся, слишком велика инерция пользования природой, стремления взять у нее как можно больше. Однако, защита природы, став общим делом всех, сможет найти и средства, необходимые для реализации трудных задач.

Большого труда потребует преодоление растущей дезинтеграции человечества, отчуждение и уход в сферу личного благополучия. Этому можно противопоставить общее дело защиты природы, наличие глубинной потребности каждого в других людях и развитие духовности, несущее в себе возможности принципиально новых связей и контактов. Понимание другого как себя самого, умение пережить его ситуацию как свою собственную несет в себе силу гораздо более могущественную, чем конкурентно- соревновательное противостояние.

В заключение хотелось бы вспомнить слова И.Бунина: ╚Кризис - дар судьбы спящему человеку╩. Это значит, что необходимость решать трудные проблемы, может обернуться для человека возможностью дальнейшего подъема. Недаром совет мудреца звучит обнадеживающе: ╚Не говори стена, а скажи дверь╩.


ПРОБЛЕМА ЕДИНСТВА ЗНАНИЯ:

МЕЖДУ СИСТЕМНОСТЬЮ И ЦЕЛОСТНОСТЬЮ

Ю. Н. Солонин

Проблема единства научного знания в XX веке превратилась в фундаментальную теоретическую проблему, в ряде случаев, как, например, в неопозитивизме, принимавшуюся в качестве основы философской программы.


© Ю.Н.Солонин, 1996

Солонин Юрий Никифорович, доктор философских наук, декан философского факультета Санкт-петербургского государственного университета.

Истоки проблемы

Неоспоримо, что истоки ее нужно искать значительно ранее, она закономерно порождена всем характером научного мышления Нового времени и особенностями тех философских принципов, на которых оно покоилось. Философская традиция, особенно зависящая от Канта, рассматривала проблему, имея в виду науки, а не знание. Если в настоящей статье употребляется преимущественно последний термин, то этим выражается верность сложившейся у нас практике, в которой утвердилась дихотомия: говорят о классификации наук и о единстве знания. Таким образом, признается, что единство наук по сути производная от единства знания.

ХХ век

Поиски решения проблемы

Все попытки XX века решить проблему единства знания, породив побочно множество интересных философских решений, оказались неудачными. Ни одна из них не имела шансов продемонстрировать свою убедительность и выдержать напор методологического скептицизма. Не случайно поэтому, современные рационалистические т

Происходящие при этом изменения в сознании заслуживают пристального внимания. Взять хотя бы горделивое самосознание ученых и философов, которые перестали испытывать нужду в гипотезе бога. За этим многое: способность удовлетвориться практическим успехом, разъятое мира на отдельные области, преобладание частных задач, неблагодарное пользование природой, ценность которой зачастую просто игнорируется, беспрецедентное завышение роли человека с его безудержно растущими потребностями и происходящий при этом возгон степени удовлетворения материальных потребностей в идеал общественного состояния и критерий социального развития. Все это рождает особый образ человека и специфические представления о его ценности. Она начинает измеряться качеством выполнения производственной функции, способностю) повысить производительность труда и добиться в кратчайшее время практического успеха.

В познании разрабатываются методики, позволяющие купировать субъективные переживания и создавать объективную картину мира. Возникающий при этом тоталитаризм функций позволяет рассматривать индивидуальное своеобразие и отклонение от стандарта как патологию или правовое нарушение. Нельзя, конечно, сказать, что эта программа была общей и имела стопроцентный успех, но она формировала людей и деформировала их. Право на индивидуальность имели немногие и оно должно было быть достаточно обоснованным (неординарные способности или особое экономическое положение).

Не случайно поэтому теория индивидуальности долгое время не разрабатывалась, а философия в нашей стране приобретала характер работологии. Очень сложно понять, как из достоинств современного человека возникает реальная возможность гибели мира, но эта связь есть. Убежденный в своем могуществе человек, окруживший себя бетоном и кирпичной кладкой занимает позицию космической непочтительности. Его казалось бы естественные стремления быть замеченным и занять как можно более высокое положение становятся разрушительными. Его сознание утрачивает ощущение большого времени и отдаленных следствий своих действий и замещается короткометражными ситуациями, рожденными непосредственными нуждами.

Ноосфера

Современность пока еще полностью подпадает под определение техносферы, но ее кризис становится все более очевидным. Поставлен вопрос о пределах роста, возникли институты охраны природы (правда, они до сих пор демонстрируют свое бессилие в схватке с инерцией прагматических ориентаций техносферы и стремлением к комфорту). И, наконец, поставлен вопрос о необходимости перехода к иному типу связей с природой, который получил название ноосферы - эпохи разума, который должен поставить под контроль происходящие в природе и обществе процессы.

Движение к ноосфере

Содержательно движение к ноосфере может быть раскрыто по- разному. С одной стороны, мы вправе продолжать развитие научных исследований в уже освоенных направлениях. Без этого нельзя достичь все более полного охвата явлений природы и общества. Мысль как планетное явление (Вернадск.) предполагает развитие этого направления и вширь и вглубь. Это определение ноосферы особенно часто встречается в работах В.И.Вернадского, посвященных проблеме будущего. Однако очевидно, что развитие этого направления, оставляет нерешенной задачу удержания в сознании целостной природы. Разноязычие конкретных наук, усилия, которые затрачивают ученые, работающие в ╚своих╩ областях, затрудняют интеграцию научных данных в общую картину мира. Мозаичность, механическая скомпанованность сведений, разрывы в наших представлениях - это реальная опасность и она осознана многими.

С другой стороны, существует весьма многообещающая тенденция формирования межотраслевых исследований. Создание методик, позволяющих физикам, биологам, химикам разрабатывать новые темы, принципиально иных, по сравнению с чисто специализированным знанием, направлений. Развитие этого плана уже идет и дает результаты и, конечно, будет продолжено, но его нельзя назвать решающим, способным разрешить проблемы, стоящие сегодня перед человечеством.

Не менее важным можно считать поиск общей теории вещества, математически формализованных схем гармонического в мироустройстве, а также развитие теорий в философии, позволяющих выйти к общим предельным основаниям мира, решить проблему единства многообразно развернутых во времени и в пространстве явлений. Для философии это оказалось непростым делом, т.к. она вслед за естествознанием переживает период специализации и делится не только по направлениям, но и по темам, часто в ущерб своей особой специфической задаче: удержать общую, целостную картину мира.

Понятие ноосферы

Понятие ноосферы может быть определено как прогностическое, хотя ее формирование уже началось и само понятие имеет достаточное основание. Речь в нем идет об осмыслении путей развития, о проработанности пространства, в котором человек мог бы выжить, не продолжая губительного разрушения природы. Отсутствие таких идейных перспектив развития, которые классифицируются трагически как конец истории (Фр.Фукияма), в учении о ноосфере находят свое положительное разрешение.

Его знание в настоящий момент сводится к поиску путей выхода из кризиса, т.к. стало очевидным, что усилиями группы специалистов, работающих над этими проблемами дела не поправишь. Для нас крайне важно понять, что ноосферу нельзя рассматривать как объективное состояние. Эта эпоха по преимуществу характеризуется состоянием нашего сознания. Как новый тип взаимодействия с природой она предполагает разработку новой парадигмы в познавательных и деятельных ориентациях и вытекающие отсюда изменения его образа.

Реализация ноосферы

Другими словами, ноосфера может быть реализована изменением самого человека. Содержание ноосферы не является результатом свободной интеллектуальной инициативы: оно включает в себя необходимость пересмотра вчерашних ориентаций. Абсолютный антропоцентризм в качестве своей антитезы имеет признание ценности всех форм жизни и посильную защиту и сохранность их усилиями человека. Эта деятельность уже началась и ее результаты обнадеживают. С другой стороны, сам человек должен признать зависимость от природы, а социальное развитие рассматривать как одну из ее возможностей. Вместо абсолютизации привычной модели субъективно- объективного противопоставления человека и природы, мы стоим перед необходимостью выработки новой модели познания, которая смогла бы учесть неразрывную органическую включенность человека во все природные процессы. Это может стать возможным только в том случае, если удастся расширить само понимание человека. Специализированный интеллект, носитель профессиональных навыков, знаток своего дела - все эти качества, востребованные техносферой, должны пополняться и весьма существенно.

Возникает вопрос, за счет чего возможно это расширение? Опасность скатиться в идеализированную альтернативу реальности вполне очевидна

Человек

Работа над более широким толкованием человека и прежде всего его психики уже ведется и к настоящему времени накоплен богатейший материал и интересные попытки его обобщения. Макс Шелер в работе: ╚Положение человека в космосе╩ (Сб-к Проблема человека в западной философии. М., 1988 г.) соотнося и сравнивая между собой разные формы бытия вводит понятие ступеней био-психического строении живых существ. Интересный анализ психического строения растений в отличие от аналитического у животного завершается рассмотрением психических особенностей человека. Сравнивая все эти ступени между собой приходишь к выводу, что человек является не просто обладателем особых сложных психических структур, но несет в себе качества и связи всех форм жизни. Это создает особое положение человека в космосе и его специфические возможности. К этой мысли приходят многие психологи, изучающие психические способности человека.

Ст. Гроф (За пределами мозга. М., Изд-во Трансперсонального Института, 1993) в результате длительных исследований пришел к выводу о необходимости изменения всей картографии психической деятельности человека. Кроме матрицы памяти человека, отражающей опыт его жизни. Гроф обнаружил память внутриутробного развития, память акта рождения, а также многие представления трансперсонального характера, отражающие филогенетическое развитие вида и рода.

В.Налимов (Психологический журнал т. 5, ч. 6, 1984), используя накопленный материал, говорит о сопричастности человека Большому миру, рассматривая бессознательное в нем как проявление семантической вселенной.

В работах русского философа Н.А. Бердяева эта же мысль отразилась в попытке осмыслить связь человека с миром понятиями микрокосм и макрокосм. Он писал: ╚Вселенная может входить в человека им ассимилироваться, им познаваться потому только, что в человеке есть весь состав вселенной, все ее силы и качества, что человек не дробная часть вселенной, а целая малая вселенная╩(Н.А.Бердяев. Философия свободы. Смысл творчества, гл. Человек, микрокосм и макрокосм. М., 1989).

Все эти представления существенно меняют парадигму изучения человека. Если еще совсем недавно нас устраивало сравнение человека с чистой доской (Habula raed), на которой будет написано все, что он успел узнать в своей жизни, то сегодня это уже не может нас удовлетворить. Познание - это сложнейший процесс взаимодействия с миром, в котором участвуют многочисленные, по-разному организованные структуры его психики.

Опыты гипнотических регрессий, изучение многочисленных отклонений, фобий и пристрастий, разнообразие способностей- задатков - все это заставляет нас принципиально изменить образ человека, картину его существования с другими людьми.

Субъективность

В новой парадигме меняется смысл понятия субъективность. Она тщательно купировалась из всех форм познания, как источник искажения объективной картины. Разрабатывались и до сих пор разрабатываются методики исследования, которые сокращают эффект привносящих человеком искажений. Но и за пределами научных исследований субъективность считалась причиной ложных выводов.

В сфере социальной деятельности профессионализм, специализация, ролевое соответствие определялись набором признаков, одинаково обязательных для всех. Этот, как уже было сказано, тоталитаризм функций требовал от каждого освобождений от субъективных особенностей, как от помех, понижающих конечные результаты.

Даже в сфере общения разрабатывались общие правила (Карнеги), которые должны были уберечь человека от конфликтов, порождаемых различиями между людьми и их субъективными предпочтениями.

Современная ситуация предполагает пересмотр смысла и значения человеческой субъективности. В сфере познания мы обнаруживаем ряд явлений, которые открываются человеку только в личном переживании. Это же относится к области специализированного знания, но большая часть жизненных ситуаций может быть познана субъективным переживанием. М.Мамардашвили (Классические и неклассические варианты рациональности. Тбилиси, 1984) писал об этом: ╚... Есть такие вещи, которые должны быть пережиты и заново установлены, рождаясь в ложе бесконечных потенций╩ (С. 16).

Он назвал эту форму познания индивидуацией и настаивал на ее особой важности в жизни человека: ╚... от индивидуации мира эмпирическим его испытанием зависит, как и каким я буду, многое во мне и в моей судьбе развернется в зависимости от той уникальной формы, в которой я, скажем, влюбился или проделал первый опыт любви, как от любого другого существенного человеческого качества и состояния╩. (Там же, С. 16).

В сфере самых разных форм деятельности психосоматический полиморфизм рода человеческого и вытекающее из него субъективное своеобразие человеческого опыта вполне могут рассматриваться как еще не использованный потенциал человечества. Конечно, это предполагает основательное исследование связанных с субъективностью особенностей, но в программy развития должно войти как важное направление. К тому же, анализируя субъективность человека, мы можем указать еще на одну особенность. Предпочтения, пристрастия, субъективная избирательность означают для человека возможность действовать без принуждения, обходиться без дисциплинарных нажимов извне, держать явление в зоне неослабеваемого добровольного внимания. И это не частный случай, а общее положение, происходящее с каждым.

Субъективность тесно связана с пониманием человеческой реальности. Старое убеждение в том, что мы живем в мире общем, одинаковом для всех, нуждается в серьезном переосмыслении.

Объективный мир, предполагающий одну истину, к которой человек приближается, обуздывая свою субъективность, - это модель годятся только для научных исследований и прагматического манипулирования познанием, да и то в весьма ограниченных пределах.

В.И.Вернадский назвал науку и философию областями человеческой личности, а в силу его нетрадиционного взгляда на эти явления становится очевидным, что и научные исследования перекрываются человеческой субъективностью и входят в зону причинности, исходящую от самого человека. Люди как бы обустраиваются в этих сферах деятельности, со всеми их целями, надеждами и предпочтениями. Стерилизовать участников этих, как и всех других форм деятельности от их субъективно-жизненных ориентаций невозможно. Поэтому гораздо важнее изучить принципы их существования и учитывать их во всех программах воспитания и общения с людьми. Это позволяет нам выйти за пределы предметного вещного мира как достаточного в нашем стремлении понять человека. Об этом написано много, но на уровне философского осмысления одна из лучших - книга ╚Реальность и человек╩ С.Л.Франка. Он разделил мир на объективный, в котором вещи неумолимо и принудительно дали нам мир - как человеческую реальность. Они существуют в силу разных законов. Мир вещей и предметов человеческой реальности является результатом серьезного преобразования мира объективного. Он создается в результате извлечения значимого, лично важного, и уничтожения, своеобразной аннигиляции других, которые как бы перестают для нас существовать - выключаются из зоны нашего внимания. Кроме них в человеческую реальность входит так же плотная ткань человеческих отношений, а вернее взаимоотношений, способных расширять мир значимых явлений или предельно сужать его.

Понимание этого позволяет сделать важный вывод: человек равен миру, в котором он живет. Это еще одно определение и сущностная форма его измерения: миром, который он освоил как свою собственную реальность. При этом речь идет не о каких-то частных случаях и экзотических ситуациях. Вся человеческая жизнь, причем жизнь каждого, протекает в этой освоенной им реальности, в том числе и его производственная или научная деятельность. Поэтому можно сказать, что рост человека совершается ростом в мир, как увеличение, расширение мира, в котором он живет.

Учет этого имеет большое значение во многих формах деятельности, в том числе и в деле сохранения природы. Можно поставить проблему предельно остро: предотвращение экологической катастрофы и переход в ноосферу возможен лишь как результат включения природы в значимый мир реальности каждого. Никакие указы, декреты, институты и финансирование, при всей их важности, не заменят боль человека о ее сохранности. Но для того, чтобы это стало возможным и не оказалось утопической альтернативой реальности, необходим анализ условий, способствующих возвращению природы в мир человеческой реальности, другими словами, возвращение человека в лоно природы. В старой парадигме мы эксплуатировали представление об объективном мире и уповали на его познание. Эта форма освоения мира работала и продолжает работать, но она обнаруживает свои пределы. Рассечение мира на сферы специализированного внимания сопряжено с утратой представлений о целостном мире и утратой всей полноты его отражения. Специализированная информация не может заменить объемность и охват природных явлений, доступных только человечеству, со всем многообразием составляющих его людей. Только оно может обеспечить сознательно-волевой заслон и защиту природе. Эффективность его не имеет альтернатив. Но сегодня мы не имеем достаточно ясного представления об условиях реализации этой единственной возможности спасти природу и человечество. Каковы эти условия и за счет чего они могли быть учтены - этот вопрос требует своего разрешения.

Все то природное богатство, которое человек несет в себе и дает основание считать его малой вселенной, может быть включено в его жизнь по-разному. Умение чувствовать природу, все, что он мог взять из опыта многих поколений, все развитые в обществе способности могут остаться личным достоянием человека и служить его интересам. Так бывает в жизни многих людей, но бывает и иначе. Качество, которое обеспечивает иное построение жизни, мы называем духовностью. В опыте разных людей оно представлено с разной степенью развития, оно присутствует в разных по содержанию формах деятельности и поэтому относится к наиболее трудно определимым. Тем не менее, обнаружить духовность и ее роль, конечно, можно.

Во-первых, речь идет о причинах формирования человека, как особой формы жизни. Традиционно считалось, что предельным основанием, формирующим человека, является сама природа. Ее роль в жизни столь велика и разносторонна, что многие склонны видеть в ней достаточную причину для объяснения человека. Но сегодня мы располагаем информацией, которая способна поколебать нашу уверенность.

Только в условиях социального окружения новорожденный может стать человеком, и к тому же многие из собственно человеческих качеств предполагают преодоление природных импульсов. Природа поэтому несет в себе лишь возможность человека, наряду с возможностью не быть им.

Общество со всеми его институтами, отношениями и культурой является тем реальным материалом, вне которого невозможно формирование человека. Однако, весь этот материал на проверку оказывается производным от деятельности человека, от его творчества, познания и накопленных навыков. Поэтому именно философия не может считать общество предельным основанием человека и предполагает наличие инстанции в нем, которая, опираясь на природные ресурсы, осваивая накопленные обществом знания и формы бытия, производит человека в человеке. Во всех остальных вариантах объяснений мы неизбежно скатываемся к приравниванию человека к явлениям предметно-вещевого мира, к толкованию его простым следствием каких-то причин. Попытку объяснения человека внешними причинами, оправдания его обстоятельствами немецкий философ М.Хайдеггер назвал нигилизмом XX века.

Духовность

Эта инстанция, назовем ее духовной потенцией, т.к. она не сводима ни к природным качествам, ни к явлениям социального окружения, дает возможность человеку противостоять себе самому, сохранять дистанцию по отношению к себе, контролировать и оценивать совершенные и еще только задуманные поступки. Без этой духовной инстанции было бы невозможны самосознание, рост и развитие каждого и вся та внутренняя работа, которая меняет человека и производит существенные перемены в окружающем мире.

Человек как микрокосм не является суммой своих составляющих. Каждый - сложная иерархизированная система структур, а место, значение и сравнительная роль духа определяют меру человека в человеке. Это не значит, что дух одинаково представлен в психике всех людей. Напротив, мы имеем дело с широким диапазоном состояний, с человечеством как множеством. Эволюция, представленная в психосоматике человека, создает основу для варьирования и выбора в широком диапазоне значений: от растительно-животного состояния до напряженного духовного подвижничества. Духовная потенция реализуется в процессе самоопределения, в возможном и частом противостоянии природным импульсам и давлению со стороны среды, осуществляя мобилизацию сознательно-волевых ресурсов человека. В результате мы можем говорить о том, что оставаясь морфологически представителем одного и того же вида жизни, членом социальной общности и ее конкретных п">Антропо-социо-культурный подход к анализу системы

Часть - целое

Уже у истоков античной философии возникает связка категорий ╚часть/целое╩, отражая становление аналитической мысли, которая осознала структурную организованность бытия: расчлененность материального предмета - звездного неба, человеческого тела, архитектурного сооружения - и связь его составных частей. Первоначальные структурные представления были связаны с формированием математического мышления, для которого ╚целое╩ есть сумма составляющих его ╚частей╩.

В последующем развитии философского и научного мышления отношение ╚целое/часть╩ сохраняло свое познавательное значение в той мере, в какой оно служило изучению природы, в которой все материальные объекты - от атомов до планет - оказывались частями более или менее сложных целостных образований - от молекул и клеток до солнечной системы и созвездий, и сами оказывались не ╚атомарно-монадными╩, но сложно-составными. Взгляд на целое как сумму его частей распространялся и на биологические объекты - на растение, животное, человека в его телесном бытии, а анатомические разрезы подтверждали, что такова организация не только внешнего облика человеческого тела, но и его внутреннего устройства. Значение математики как mathesis universalis в познании природы укрепляло суммативный подход к анализу материальной предметности бытия как состоящего из частей целого.

Углублению этого взгляда человечество обязано становлению своего эстетического сознания: уже греки интуитивно ощутили сверхсуммативный характер отношения ╚целое/части╩, рождающий красоту - свойство формы целого; свойство это было истолковано как ╚единство в многообразии╩ или ╚гармония╩, и конкретизировано в учении о пропорциональности тела человека и животного, здания и сосуда, музыкальной мелодии и орнаментального узора. Такое понимание красоты сохранялось на протяжении многих столетий, делая почти синонимичными понятия ╚красота╩ и ╚гармония╩, систематически рождая и попытки математически вычислить красоту - ╚поверить алгеброй гармонию╩ - и сознание безуспешности таких устремлений, ибо есть в красоте нечто иррациональное - французы называли это в XVIII в. je не sais quoi, а мы сегодня можем сказать: сверхсуммативный характер связи компонентов целого, который и делает его нерасчленимым целым, а не механической совокупностью элементов. Все же - такова диалектика ситуации! - и музыкальное, и архитектурное, и орнаментальное, и живописное, и поэтическое формообразование вплоть до модернистской ╚революции в искусстве╩ (Г.Зедльмайр) опиралось на более или менее строго проводимые принципы математического и геометрического расчленения формы.

Система - элементы

Появление в категориальном аппарате философии понятия ╚система╩ в соотнесении с ╚элементами╩ поставило их в связь с близкой по смыслу категориальной парой ╚целое/часть╩. Отличие новой пары понятий, позволившее ей сохраниться и даже укрепить в наше время свои позиции, состоит в том, что ╚система╩ подчеркивает организованный характер некоего множества (так и определял ее основоположник концепции ╚системного подхода╩ Л. фон Берталанфи, и это ее понимание оставалось инвариантным во всех предлагавшихся с тех пор вариантах определения системы), тогда как в понятии ╚целое╩ содержится лишь указание на связь составляющих его компонентов; именно поэтому системный подход оказался теснейшим образом связанным со структурным анализом - вплоть до их нередкого отождествления, и по этой же причине из системного мышления выросла синергетика как учение о процессах самоорганизации сложных систем, тогда как холизм в философии, взяв за основу идею целостности бытия, не вышел за рамки ее аморфного понимания и потому серьезного вклада в развитие онтологии, эпистемологии и методологии познания внести не смог. Вместе с тем, теория систем не отбросила представление о целостности, но включила его в свою онтологическую концепцию как обозначение важнейшего свойства систем, которые, при самых высоких уровнях сложности и жесткой структурной расчлененности, сохраняют такую цепкую связь своих подсистем и элементов внутри последних, которая сильнее, чем их связи с внешней средой, что и обеспечивает системе возможность самосохранения, самосовершенствования, саморазвития при неизменной качественной определенности. Так системная ╚идеология╩ вобрала в себя представление об отношениях ╚целое/части╩, сделав одним из важнейших своих методологических принципов правило: ╚идти в процессе познания системы не от частей к целому, а от целого к частям╩.

Развитие системной познавательной парадигмы столкнулось, однако, с серьезным препятствием при первых же попытках ее применения к теоретическому познанию духовных объектов. Противоречивость возникшей здесь ситуации состояла в том. что духовные процессы и состояния не имеют таких выделенных и относительно автономных частей (подсистем и элементов). какие есть у материальных объектов; и все же приходится признавать, что ╚духовный субстрат╩ не однороден, а гетерогенен, и его познание приводит к отчетливому различению качественно своеобразных ╚частиц╩ или ╚волн╩ (переношу в эту сферу понятия квантовой механики, обозначающие элементы материального микромира): таковы обнаруженные уже античной философией различные психические явления - мышление, эмоции, воля и т.п.; интересно п этой связи античное понимание ╚катарсиса╩ - и потому, что он был выделен в целостной жизни человеческого духа как его особое состояние, и потому, что, по Аристотелю, он сам имел составную структуру, объединяя чувства ╚сострадания и страха╩, сопряженные с сознанием ирреальности возбуждающего их поведения героя трагедии. Примечательно и то, что в христианской мифологии божественный ╚абсолютный дух╩ оказался составленным из трех частей - Бога-отца. Бога-сына и Святого духа. Троично и членение активности психики у 3.Фрейда (Я, Оно и Сверх -Я), и у наших современных психологов - М.Г.Ярошевского и П.В.Симонова, различающих три уровня психики - подсознание, сознание н сверхсознание (или надсознание).

Можно было бы привести немало примеров из области эстетики. искусствознания и литературоведения, показывающих, как в целостном, и казалось бы, нерасчленимом ╚тексте╩ художественного произведения анализирующий его критик, ученый или теоретик, если предметом рассмотрения является и отдельное произведение, и жанр, род или вид искусства, вычленяет разные его подсистемы и их компоненты - тему, сюжет, композицию, изобразительно-выразительные средства - и стремится описать их, а затем и выявить принципы их соотнесения в произведении т.е. его структуру. И от того, что рассматриваемая в семиотическом аспекте структура эта не обладает такой степенью жесткости, какая свойственна вербальным текстам нехудожественной природы - художественный текст не знает такой дискретности образных знаков, какая свойственна словесному языку в его обыденных коммуникативных функциях - она остается структурой, т.е. относительно стойким способом связи различных и относительно самостоятельных элементов целого.

Отсюда следует, что проблема отношения целого и его частей сохраняет свое значение для познания духовных явлений, но распространение на них этого способа структурирования должно учитывать их сущностные отличия от явление) материальных. Приходится поэтому отклонить две противоположных методологические позиции - позитивистски-структуралистскую, выражающуюся в механическом перенесении суммативного понимания целостности на духовные реалии, и иррационалистски- герменевтическую, отрицающую саму возможность декомпозиции духовных явлений.

Антропо-социо-культурный подход к анализу системы

Разрешение данной антиномической ситуации стало возможным благодаря развитию в середине ХХ-го века теории систем и методологии системных исследований. Понимание системы как чего-то иного, большего, чем структурно-расчлененное целое, вырабатывалось не сразу и не просто - об этом говорит распространенное поначалу понятие ╚системно-структурный анализ╩, отождествлявшее систему и структуру. Внимание биологов - от Л.фон Берталанфи до П.К.Анохина - к системным представлениям привело к переходу от математически-кибернетического понимания системы к функциональному, вылившемуся в признание зависимости структуры живой системы от ее функции. Следующий шаг на пути преодоления структуральной редукции системного мышления был сделан в ходе его распространения на изучение социокультурных объектов, которые отличаются от живых организмов и особым характером функционирования - целенаправленно-избирательным, духовно-регулируемым, свободным (поэтому нелинейным) - короче, культурным, - и тем, что их функционирование перерастает в развитие; выявление этой закономерности привело автора данной статьи еще в начале 70-х гг. к включению в методологию системного исследования исторической (генетически-прогностической) плоскости анализа системы, наряду с структурной и функциональной, когда предметом изучения оказывается наиболее сложный тип систем - антропо-социо-культурный, т.е. исторический по самому способу его существования.

Целостность

При обращении к этому типу (классу) систем, обладающего духовной стимуляцией поведения, способностью саморефлектирования, самоконтроля, самоуправления, изменяется понимание ╚целостности╩, как качества системного объекта, и отношения целого и его частей: оно описывается понятиями ╚взаимодействие╩ и ╚взаиамосодействие╩ в решении единых задач, стоящих перед целым. Чем сложнее система и чем шире спектр возможных форм ее поведения, тем более важным становится функциональное ╚разделение труда╩ между ее подсистемами: так в человеческой психике классическая философия различила три различные силы - разум, чувство и волю, относительная самостоятельность которых подтверждалась тем, что каждая из них обеспечивала специфическую сферу деятельности - научное познание, художественное творчество, практическое поведение (соответственно порождая три разные сферы изучающего их философского знания - логику, эстетику, этику); современная психологическая наука пошла еще дальше, вычленяя и делая предметом самостоятельного анализа более десятка различных ╚механизмов╩ психики - в новейшем руководстве (Р.С.Немов, 1994) выделены ощущения, восприятие, внимание, память, воображение, мышление, речь, способности, темперамент, характер, воля, эмоции, мотивация; в других обобщающих работах психологов некоторые выделенные здесь инструменты психики не выделяются, а другие, напротив, появляются (например, чувства, в отличие от эмоций, фантазия, в отличие от воображения, симпатия или любовь, в отличие от других чувств, предвидение, интуиция и т.д.); при всех этих расхождениях несомненна сама функциональная дифференциация психических процессов, обусловленная необходимостью наиболее эффективного решения психикой разных задач по сбору. хранению, переработке и восполнению дефицита информации, потребной для организации генетически непрограммируемой деятельности человека.

Целостная работа психики - и в нашей повседневной жизни, и во всех областях специализированной деятельности - не есть, следовательно, нечто противотечения философии науки, возникшие в атмосфере критик сциентистского догматизма и связанные с попперовской методологической программой, по сути обошли эту проблему. Из этой полемики мы можем реконструировать один из важнейших доводов неразрешимости ее с позиций постулатов логического рационализма. В частности, указывается, что в противовес реальному динамизму научных изменений, делающему науку всегда открытой системой, логицизм (неопозитивистского толка), стремится иметь дело с его готовыми результатами в виде идеальных логических форм, т.е. теориями как замкнутыми системами. Тогда проблема единства приобретает конкретизацию логико-методологической задачи их кодификации, упорядочения и субординации на основе единых универсальных процедур и техник преимущественно логико- лингвистического характера. Единство знания эксплицируется как проблема единства его формальной системы, не зависимо от того, какая логика будет принята в качестве технического средства. При реализации программы единства решающее значение приобретал вопрос о возможности с помощью логико-лингвистических операций перевести выражения одного языка (теории) на язык другой теории и vice versa. Устранение непереводимости путем построения модели более универсального логического языка также рассматривалось как позитивное решение проблемы единства. Несомненно, в проблеме единства знания присутствуют логический и лингвистический аспекты, но с целым рядом допущений и абстракций, практически уводящих от реальной предметной ситуации в сфере научного познания и развития знания.

Но этот критический аргумент не является основным. Его ценность в том, что он наводит на важное заключение, сводящееся к признанию того, что проблема не может быть в принципе решена на гносеологическом, и, менее всего, на логико- методологическом уровне.

Но как раз по этому пути шло большинство поисков в философии и методологии науки XIX и XX вв. Они были естественными проявлениями преобладающей гносеологической ориентации философии, при которой от вопросов как и какими средствами осуществляется познание произошел рационально незафиксированный сдвиг к проблеме сущности и объективного статуса того, что подлежит познанию.

Познание через конструирование

При этом следует учесть, что познание некоторого объекта истолковывалось в духе идеи возможности его построения или конструирования. Конструктивность предполагает наличие двух важнейших составляющих, а именно: первичных элементов и принципов построения, Беркли и Кант кладут начало этому подходу.

К началу XX века он предстает в двух версиях: психологической и формально-логической. Классическим выражением первой явилась эмпириокритическая теория Маха, но ее мы встречаем в прагматической, операционалистической или функциональной редакциях. Психическая конструктивность сводится в сущности к тому, что предмет трактуется как производный из психических компонентов, объединенных каким- либо законом мышления, которое само истолковывается как психический процесс, таковым может быть закон ассоциативности, или знаменитый закон экономии мышления.

Упомянутый нами функционализм, создателем которого явился Х.Файхингер1, вообще предметность познавательной деятельности переводит в план условности: понятия о вещах созидаются в мышлении (теории) в предположении ╚как если бы╩ они существовали. И этот условный экзистенциальный статус предмета познания меняется, и, следовательно, меняется предметная структура мира, при изменении целей╩ задач познания. Программное изложение второй версии, то есть логического конструктивизма находится в трудах лидеров неокантианства марбургского толка - Г.Когена и П.Наторпа. Последний, например, всю программу математического естествознания, в лице теоретической физики, представил как идею конструктивного порождения ее понятий и соответствующих им объектов по законам некоторого логистического схематизма 2. В известном смысле этот подход сохранился в феноменологии Гуссерля и, неожиданным образом, в идеях построения физики из логического материала, развитых в отечественной логике А.А.Зиновьевым.

Каковы бы ни были подходы, психологический или логистический, их объединяет главный момент - в истолковании онтологического статуса предмета познания (понятия) они исходят из его конструируемости. При преобладающей гносеологической установке на сущность предмета знания оперируют понятиями уровней обобщения, существенности знания, полнотой отражения сторон объекта, функциональными и объяснительными взаимозависимостями, логическими связями и переходами, широтой и универсальностью научных языков, элементарной составляющей знания и т.п. представлениями. Не вызывает сомнения, что подобный аппарат теоретических средств важен и необходим. Но то, что он вторичен, когда ставится вопрос о фундаменте единства знания, должно быть ясно осознано.


Примечания

  1. Vaihinger H.. Die Pllilosopllie des Als-Ob. Berlin, 1911
  2. Natorp P., Die Logiselle Grundlagen der exakten Wissellsellaften, Leipzig-Berlin, 1910

    Роль философии

Существует еще одна тема, о которой следует напомнить. В русле гносеологического направления вызрела одна из популярнейших версий решения проблемы единства знания, исходящая из тезиса о решающей роли философии в интеграции знания. Ее начало мы встречаем уже с конца XVIII века. Ориентация на философию представлялась и представляется многим доныне вполне естественной, согласующейся с ее сущностью и тем исключительным местом, которое она занимает в культурно- познавательной деятельности. Сути дела не меняло то обстоятельство, что на первый план выдвигались различные представления о ее функции и месте в системе наук. Даже тогда, когда философии отказывали в статусе науки, сближая ее, например, с искусством - точка зрения, распространенная в начале XIX века, например, в Германии, - то и тогда за ней оставляли некоторую функцию согласования всего умственного кругозора. Традиционное представление о философии как ╚науке наук╩, в недрах которой покоятся фундаментальные принципы и истины, касающиеся всех наук и всего знания вообще, постепенно по мере ее распада, выделения из нее и конституирования как самостоятельных дисциплин того, что прежде было ее частью (социальная философия, философия права, моральная философия, философия искусств), уступало поискам ее специфики как науки. Можно указать на тенденцию утвердить статус философии как обосновывающей науки. Изначально понимавшаяся как учение о ╚наиболее первом╩ в познании, без чего ╚все иные науки не имеют своей основы и никакой правильности, и следовательно никакого действительно научного вида и ценности╩ (суждение Л.Круга в его ╚Философско-энциклопедическом лексиконе╩), обосновывающая функция философии трансформировалась в учение о природе обоснования природы философского знания. Иную модель философии, как обосновывающей науки, мы видим в истолковании ее как наукоучения. Wissenschaftslehre у Фихте, Я.Шада, Б.Больцано, Р.Гроссмана и многих других. За общим понятием скрывались различные подходы. В отличие от Фихте, Б.Больцано истолковывал ╚наукоучение╩ в принципиально логическом смысле. Изменения смысла ╚наукоучения╩ выражались в различных трактовках, то как ╚науки о науке╩, то как ╚науки о знании╩, и наконец, современной ╚философии науки╩. Еще более известна линия истолкования философии как ╚строгой науки╩. Имелось в виду не стремление возвысить философию до уровня ╚точных╩ наук, каковы физика или математика, а утвердить ее как систему знаний, покоящихся на достоверных конечных принципах, по отношению к которым принципы остальных наук суть частные и субординированные им. Построение такой философии, если бы подобная программа удалась, в теоретическом отношении значило бы по сути решение проблемы единства знания, поскольку -их принципы оказываются дериватами принципов и положений философии. Эта линия ясно очерчивается с XVIII в. (К.Рейнгольд), ее продлевает вплоть до начала XX в. школа Я.Фриза (1773-1843). оказавшая влияние на математику XX века (Гильберт, Бернайс). В теоретическую практику был введен критерий ╚научности╩ как организации знания на достоверных принципах и философии как учения об этих принципах и способах сведения к ним конкретного знания, критерий, оказавшийся небезразличным для концепции ╚научной философии╩ Венского кружка. Особняком от этой тенденции, гносеологической по сути, стоит гуссерлианская концепция ╚философии как строгой науки╩ с выражено онтологическим аспектом.

Возможно, что философское сопротивление дезинтегрирующим тенденциям в развитии наук и сыграло роль тормозящего фактора, но остановить их оно не смогло.

Сущность проблемы

По нашему убеждению, проблема единства знания, если она имеет сущностный смысл, - проблема не гносеологическая, а проблема социокультурная и онтологическая.

Роль социума

Социум, культивирующий плюралистический принцип как нормативный регулятор своей организации, утверждающий приоритет индивида с его интересами и потребностями над приоритетами групповыми и общесоциальными, не может не создавать и не тиражировать тип мышления, признающий онтологическое и субстанциональное первенство единичного, частного и вторичность, производность, лишь функционально- прагматический статус общего, как ╚естественный╩ порядок вещей. Для такого мышления единство, целостность всегда относительны, всегда результат определенной техники видения предмета.

Искусственность системного подхода

Представление, в котором реальность трактуется как механизм, как агрегат из отдельных частей, соединенных функционально, но обладающих определенной самодостаточностью, и каждая из которых свободно заменяема и может быть представлена и изучена вне общей связи, неизбежно рождает и утверждает примат частного как самоценность. Расколотому, разъединенному жизненному миру соответствует такое же представление о нем, концептуализирующееся своеобразным способом в представлениях о сущности научного знания и практике научного поведения. Мир, утверждающийся как совокупность частностей и противостоящих структур, порождает и частного человека с частным мышлением, способного только на формирование частной стратегии для отдельных фрагментов жизнедеятельности. Атомизированному порядку жизни соответствует атомизированный духовный мир и покоящееся на нем частное знание. Единым это знание монет только казаться в виде искусно построенной хитроумными приемами системы. Единство таким образом как бы искусственно навязывается, привносится в предмет. Устанавливается связь между изначально автономными единицами, для которых пребывать в этой цепи онтологически безразлично. Именно это и предполагает система.

Именно система как способ упорядочения онтологически независимых элементов, соединяемых по функциональному принципу, становится центральным понятием и целью всех интегративных усилий.

Система как экспликат идеи единого и единства лежит в самом основании мышления Нового времени. Социокультурные предпосылки дезинтеграции знания, конечно, не могут непосредственным способом объяснить конкретные явления и механизмы, вызывающие распад научного знания. Остается необходимость обратиться к характеристике самого исследовательского процесса и присущих ему форм, а также внутринаучных взаимодействий.

Учение об опыте

Учение об опыте или эксперименте, закрепленное надлежащими философскими аргументами, является основой современной науки. Оно составляет суть эмпирической философии. Опыт понимается как основной источник положительного знания, добываемого в эксперименте. Попытка Канта указать границы опытного знания не была воспринята позитивистской традицией XIX века и отчасти марксистской. Замечание Шеллинга, что непосредственный опыт не ведет к обретению категориального знания, аккумулирующегося в абстрактных понятиях, также не было услышано. Между тем он предупреждал, что эмпиризм весьма недостаточен для осуществления целей познания. Он имел в виду не отказ от опыта вообще, а необходимость переосмыслить чрезвычайно узкую и, что важно, психологическую трактовку его, господствовавшую в представлении ученых его времени. Шеллинг обращал внимание, что сфера опыта чрезвычайно богата и разнообразна, в то время как естествознание и связанная с ним философия притязают ╚на скудную и узкую область ничтожных, психологически понимаемых наблюдений и анализов╩. Примечательно, что аналитики кризиса науки XX века, такие как М.Фришейзен-Келер, Х.Динглер, Г.Якоби, К.Хольцкамп именно в неверном и зауженном понимании сути эксперимента усматривают один из источников ее кризиса. К.Хольцкамп обратил внимание на то, что тип эксперимента, утвердившийся в физике и химии, стал нормативным образцом и для тех наук, где он по сути неприемлем, т.е. оценивается как универсальный. С методологической точки зрения эксперименты в этих науках относительно легки и обладают внушающей самоочевидностью, что мешает ставить вопрос об основаниях и предпосылках произведенных эффектов и создает благоприятную почву для феноменализма, с точки зрения которого знание есть универсум определенным образом упорядоченных данных экспериментов. Вопросы о глубинных основаниях знания перестают занимать ученых, вытесняются проблемами совершенствования эксперимента и техники учета результатов. Утвердился культ частных проблем. До феноменализм неизбежно ведет к еще одному существенному отрицательному результату. Вырабатывается убеждение, что за пределами эксперимента ничего иного не существует, что действительность есть то, что выступает в нем.

Система как критерий научности

Система становится важнейшим критерием научности. Приемами системного анализа предполагается решать залучи единства знания. Итак, мы ясно видим господствующую философскую программу, которая сводит проблему единства знания к проблеме построения всеобъемлющей системы, упорядочивающей по избранным принципам весь универсум знания. Мы называем ее ламбертовско- кантовской программой. Ее отличительные черты: феноменалистичность, конструктивизм, формализм. Его недостатки выражаются в неизбежном элементе искусственности и произвольности. От него истекает представление о системном характере предмета знания как его объективном свойстве, в то время как система - это привнесенный аспект понимания или объяснения, а следовательно антропоморфный элемент познавательной установки на реальность. При этом подходе как бы конструктируется дробность объекта, частям которого соответствуют специфические области знания, находящиеся по сути в формальной связи друг с другом.

Реальность не системна, а целостна. Системный подход не тождественен взгляду на мир как на целостность. Целое - это то, что не содержит механизмов сочленения своих частей или элементов, где нет ╚швов╩ от их соединений.

Решение проблемы

Решение проблемы единства знания прочно связано с изменением представлений о реальности, с фундаментальной перестройкой наших установок на понимание ее структурности. Только тогда произойдет преодоление феноменологизма, неотвратимо присущего системному подходу.

Основания для формирования новой установки имеются. Таковой по нашему мнению, может быть программа, имеющая свои истоки в натурфилософии Гете, в его учении об органичности как сущности целого. Выразителями этого подхода в XX веке, если иметь в виду представителей рациональной философии, были В.Буркамп, 0.Шпанн, М.Леше и др. Взгляды на мир как органическое целое мы находим и в трудах Н.0.Лосского. При этом следует подчеркнуть со всей определенностью, что учение об органичности мира как целого не имеет ничего общего ни с биологизаторством, ни с вульгарным витализмом. Эту программу, дающую новый подход к решению проблемы единства знания, мы называем эссенциалистской, противопоставляя феноменализму системного подхода. Помимо того, что согласно ее установки знание трактуется как органичная целостность, она утверждает принцип его предметной определенности. Главную причину неустранимой раздробленности знания можно констатировать как его деонтологизацию. Деонтологизация означает потерю глубинных интуитивных осмыслений и чувства предметной значимости того, что именуется знанием. Задача заключается в реонтологизации науки, в том, чтобы утвердить онтологические основания знания, заменить формальную логико-аналитическую критику его опытом нахождения его онтологической значимости, т.е. вернуть ему предметность.

Единство знания не в его системности, а в его целостности как органичной взаимоопределенности его частей. Именно тогда, когда оказалась потерянной интуиция фундаментальности, когда было разрушено чувство предметности того, что есть знаемое, проблема его единства неизбежно перешла в план формальных построений, в которых таблицы и графики взаимопереходов и функциональных связей становятся решающими средствами доказательства. Доказательство такого рода есть по сути наглядная демонстрация, иллюстрация. Такой подход уже исходно оперирует несопоставимыми, замкнутыми в себе блоками знания, т.е. уже структурно расчлененными единицами, ставшими основами формальных процедур.

Обретая принципы иного миропонимания, мы получаем возможность создать новый тип наукоучения, который решает проблему единства знания, как проблему создания его нового типа, а не как нахождение нового систематизирующего приема.

СИСТЕМНОСТЬ И ЦЕЛОСТНОСТЬ

М.С.Каган

Понятия ╚система╩, ╚системность╩ и их производные, завоевавшие высокий авторитет в немецкой классической философии стали объектом насмешек в иррационалистически ориентированном сознании XIX-XX-гo столетий, отвергавшем какую бы то ни было продуктивность ╚системосозидания╩, нередко отождествлявшегося с ╚систематизацией╩ как процедурой формально-педантичного упорядочивания имеющихся знаний; только в середине нашего века понятия эти были ╚реабилитированы╩ становлением теории систем и разработкой методологии системных исследований, однако, и поныне данная методология и ее теоретическое обоснование встречают непонимание и даже враждебное отношение, особенно в среде гуманитариев. Проблема эта заслуживает тем более тщательного рассмотрения, что в ходе развития теории систем и выросшей на ее основе синергетики утверждалась всеобщность принципов системного и синергетического изучения реальности, и принципы эти все чаще применялись в научной практике в познании наиболее сложных - социо-культурных - систем.

Во многих моих работах, начиная с 1970 г., разрабатывалась методология системных исследований в сфере социально-гуманитарно-социологического знания и излагались итоги конкретного изучения различных систем этого класса (╚Морфология искусства╩: Л., 1972; ╚Человеческая деятельность╩: М., 1974; ╚Мир общения╩: М., 1889; Сб. статей ╚Системный подход и гуманитарное знание╩: Л., 1991; Mensch - Kultur - Kunst╩: Hamburg, 1994; ╚Философия культуры╩: СПб., 1995 и др.). Однако, движение научной мысли, выразившееся, в частности, в разработке синергетических идей, и различные теоретические дискуссии последних лет заставляют вернуться к обсуждению методологических проблем современной познавательной парадигмы, в частности, той проблемы, которая обозначена в названии настоящей статьи, и в этой связи обратиться к осмыслению истории становления системных представлений.


©М.С.Каган, 1996

Каган Моисей Самойлович, доктор философских наук, профессор кафедры философии культуры, этики и эстетики Санкт-Петербургского государственного университета

Системность

Часть - целое

Уже у истоков античной философии возникает связка категорий ╚часть/целое╩, отражая становление аналитической мысли, которая осознала структурную организованность бытия: расчлененность материального предмета - звездного неба, человеческого тела, архитектурного сооружения - и связь его составных частей. Первоначальные структурные представления были связаны с формированием математического мышления, для которого ╚целое╩ есть сумма составляющих его ╚частей╩.

В последующем развитии философского и научного мышления отношение ╚целое/часть╩ сохраняло свое познавательное значение в той мере, в какой оно служило изучению природы, в которой все материальные объекты - от атомов до планет - оказывались частями более или менее сложных целостных образований - от молекул и клеток до солнечной системы и созвездий, и сами оказывались не ╚атомарно-монадными╩, но сложно-составными. Взгляд на целое как сумму его частей распространялся и на биологические объекты - на растение, животное, человека в его телесном бытии, а анатомические разрезы подтверждали, что такова организация не только внешнего облика человеческого тела, но и его внутреннего устройства. Значение математики как mathesis universalis в познании природы укрепляло суммативный подход к анализниц генетики. Журн. эксперим.биол., 1926, сер. А. Т.2, ╧1. C.3-54; ╧4, с. 237-240. Публикация с авторскими примеч. 1959г. - Бюлл. МОИП, 1965, отдел биол., т.70. ╧4. C.34-75.

  • Левонтин Р. Человеческая индивидуальность: наследственность и среда. М., Прогресс. 1993 208 с.
  • Dobzhansky Th. Genetics of tile evolutionary process. Columbia Vniv. Press, N.-Y. a. London. 1970, 505 p.
  • Тимофеев- Ресовский H.B, Яблокова А.В., Глотов Н.В. Очерк учения о популяции. М..Наука. 1973, 277с.
  • Левонтин Р. Генетические основы эволюции. М., Мир, 1978, 351 с.
  • Глотов .В. Количественная оценка взаимодействия генотип-среда в природной популяции // Чтения памяти Н.В.Тимофеева-Ресовского. Ереван, изд. АН Арм ССР, 1983, с.187-199.
  • Glotov N.V. Analysis of genotype-environment interaction in natural populations. Acta Zool. Fennica, 1992, v.191, p.45-53.
  • Лобашев M.E. Сигнальная наследственность // Исследования по генетике. Сб.1. Л., изд. Ленингр. ун- та, 1961. с.3-11.
  • Эфроимсон В.П. Генетика этики и эстетики. С.-Петербург, Талисман, 1995, 281 с.
  • Cavalli-Sforza L.L., Feldman M.W. Cultural transmission and evolution. Princeton, New Jersey. Princeton Univ. Press, 1981, 388 p.
  • Майр Э. Человек как биологический вид // Природа, 1973, ╧12, c.36-44.

  • ЭКОНОМИКА, ОКРУЖАЮЩАЯ CPЕДA И УСТОЙЧИВОЕ РАЗВИТИЕ

    (Проблемы эколого-экономического моделирования)

    Г.В.Шалабин, Л.К.Суровцов

    Анализ концепции устойчивого развития [2] показывает, что она представляет из себя совокупность ценностных установок, основных принципов, требований и ограничений, а также конкретных рекомендаций касающихся радикального изменения социально-экологической ситуации в современном мире. Поэтому она одновременно является морально-нравственным императивом, идеальной теоретической моделью будущего, требующей своего практического разрешения.

    В настоящее время нет единства взглядов относительно смысла и содержания понятия устойчивого развития. Поэтому поводу высказываются различие мнения. Академик Н.Н.Моисеев характеризует концепцию устойчивого развития как иллюзию и даже как ╚одно ни опаснейших заблуждений современности╩. Особенно в том виде, как она интерпретируется политиками и экономистами [3, С.5].Выход академик видит в разработке Стратегии человечества, которая ╚однажды обеспечит коэволюцию человека и окружающей среды╩ Разработку такой стратегии он считает ╚самой фундаментальной проблемой науки за всю историю человечества╩ [3]. На это потребуются многие годы.


    © Г.В.Шалабин, © Л.К.Суровцов

    Шалабин Геральд Васильевич, кандидат экономических наук. доцент экономического факультета Санкт- Петербургского государственного университета.

    Суровцов Лев Кронидович, кандидат экономических наук, старший преподаватель экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

     

    Ноосфера в экономической науке.

    Процессы становления ноосферы как нового социо-природного налета требуют от экономической науки решения ряда сложных научных проблем, включая пересмотр сложившихся представлений о трех ее системообразующих элементах - предмете, объекте и методе. В новых условиях предметом изучения экономики как науки становятся не только процессы расширенного воспроизводства, распределения и потребления традиционных благ и услуг, но и природных ресурсов, как непосредственного общественного блага. Следовательно, социально-экономические системы, в рамках которых осуществляются и протекают такие процессы, являются основными объектами изучения экономической науки. По аналогии с термином ╚ноосфера╩ будем называть их ноосистемами. Поэтому выявление особенностей и изучение закономерностей расширенного воспроизводства природосберегающего типа (т.е. в условиях перехода на траекторию устойчивого развития) - важная неотложная задача экономической науки. Еще более важной и неотложной проблемой для России является решение проблемы собственности на природные ресурсы и выбора формы хозяйствования в сфере природопользования.

    Дело в том, что история XX в. показала, что ни стихийный рынок, ни тоталитарное экономическое планирование не способны обеспечить устойчивое развитие, как в социально-экономическом, так и экологическом аспектах. В частности, товарная (рыночная) форма организации общественного природопользования в ╚чистом виде╩ не может обеспечить рациональное распределение природных ресурсов и природопользования между субъектами общественного производства, хотя бы потому, что природные ресурсы будучи невоспроизводимыми факторами производства не являются продуктами труда, и, следовательно, не могут обмениваться на рынке как товары. В этом случае неизбежна концентрация и монопольное владение природными ресурсами небольшим числом хозяйствующих субъектов, что приведет к неограниченному обогащению одних и обнищанию других людей.

    Практический опыт развития общественного производства в странах с централизованно-планируемой экономикой также показывает, что при отсутствии демократических механизмов регулирования общественного природопользования и эффективных механизмов отраслевого перераспределения затрат на воспроизводство природных ресурсов неизбежна деградация окружающей природной среды вследствие ее загрязнения отходами производства.

    Устойчивое развитие невозможно без эффективной системы регулирования общественного природопользования (на глобальном, национальном и региональном уровнях), основанной на качественно новой долгосрочной стратегии общественного потребления и воспроизводства природных ресурсов. Принципиальные трудности при разработке такой стратегии вызывает качественное и количественное различие в масштабах времени изменения экономических и экологических параметров. Одной из форм разрешения этого противоречия является учет затрат обратной связи в форме будущих, предстоящих затрат общества, вызываемых текущими хозяйственными мероприятиями и относимыми на продукцию данного периода (года). Их источник - остаточный ущерб, наносимый человеку и природе в процессе производства. Учет таких затрат с позиций устойчивости развития - необходимое условие эффективного регулирования общественного производства в рамках ноосистем. Он может быть обеспечен только в результате сознательного (научного) обоснования нормы дисконтирования затрат и результатов производства, отражающих предпочтения между текущими и долговременными интересами общества.

    Проблема реализации концепции устойчивого развития предполагает трансформацию основных ее принципов, условий и требовании в работающие социально-экономические программы и планы. Для этого необходима система операциональных критериев показателей и эколого-экономических нормативов, характеризующих траекторию устойчивого развития. Разработка такой системы - еще одна актуальная и неотложная задача экономической науки. В первом приближении эту задачу можно решить используя следующие показатели устойчивого развития: показатели изменения во времени функции благосостояния населения и оценок природно-ресурсного потенциала; темпы уменьшения экономического ущерба и экологических издержек (издержек загрязнения); степень достижения оптимальных режимов использования природных ресурсов и динамики во времени ренты истощения природных ресурсов (ренты Хотеллинга); показатели, характеризующие степень замкнутости процесса круговорота вещества и энергии.

    Динамикой развития эколого-экономических систем можно управлять с помощью математических моделей и методов. Значительный теоретический и методологический интерес имеют разработка и качественный анализ общих (агрегированных) моделей, в основе которых лежат закономерности функционирования, справедливые для широкого класса объектов встречаемых на практике.

    Анализ динамических моделей функционирования ноосистем.

    Особенно важны разработка и анализ динамических моделей функционирования ноосистем с граничными (краевыми) условиями, соблюдение которых гарантирует стабильность и устойчивость биосферы, сохранение компенсационных механизмов естественной аисты. Обоснование и формулировка таких условий - фундаментальная проблема естественных наук и прежде всего - физики, биологии и химии. Задачами же экономической науки становятся социально экономическое обоснование необходимых для этого величин (объемов) ресурсов и интенсивности использования соответствующих технологий, а также разработка экономического механизма регулирования общественного производства с целью достижения соответствующих этим условиям стандартов и нормативов качества окружающей среды.

    Сопоставимость параметров динамических моделей функционирования ноосистем во времени достигается дисконтированием затрат и результатов. Знак нормы дисконта зависит от целевой ориентации системы ни оси времени. Например доказано, что если в экономике доминируют цели наиболее интенсивного использования имеющихся в момент принятия решения трудовых, материальных и природных ресурсов, то норма дисконта будет положительна. При этом достигается быстрый прогресс в продуктивносспециализированной деятельности - не есть, следовательно, нечто противостоящее ее расчлененности; целостность не означает ╚аморфность╩, ╚плазмообразность╩ - она есть качество, обусловленное содействием всех ее частей той части (подсистеме, элементу), которая в данной деятельностной ситуации является основной ╚ударной силой╩ в решении конкретной задачи (познавательной, оценочной, проективной, художественно-творческой, коммуникативной, организационной и т.п.).

    Таким образом, система есть наиболее высокоразвитый тип целого, и отношения ╚система - подсистемы - элементы╩ - вбирают в себя отношения ╚целое - часть╩. Изучение связи этих двух отношений стало и возможным, и необходимым благодаря распространению системного подхода на самые сложные формы целостности, рождающиеся в сфере духа - к психологии и развитии личности, в искусстве, в культуре.

    Особого внимания заслуживает рассмотрение данной проблемы при изучении исторически развивающихся систем, ибо здесь целостность может относиться не только к пространственному аспекту бытия этих систем, но и к временному, процессуальному: тут оказывается, что понятие ╚структура╩ характеризует не только синхронический аспект существования системы, но и диахронический, обозначаемый понятием ╚хроноструктура╩ (см. об этом обобщающую статью: Каган М.С. Система и структура. - В кн.: Системные исследования; Методологические проблемы. Ежегодник. 1983. М., 1983. С. 86-106); простейшими примерами могут служить измерение времени в тех или иных единицах, возрастная структура жизненного пути индивида или же излюбленные Гегелем триады ╚тезис - антитезис - синтезис╩. С рождением синергетики изучение того типа хроноструктур, который делает процесс целостным, получает новые научные основания и открывает заманчивые перспективы исследования процессов самоорганизации и самореорганизации сложнейших антропо-социо- культурных систем.

    ОТ АНТРОПОЦЕНТРИЗМА К БИОСФЕРНОМУ МЫШЛЕНИЮ

    Н.В.Глотов
    Уже имеется достаточно примеров, показывающих, что когда наступает настоящий кризис, его не решить, простой импровизацией.

    Если воспринимать ноосферу в духе В.И.Вернадского [2] как сферу Разума, охватывающего биосферу и определяющего ее гармоничное развитие, то в основе ноосферы должно лежать особенное, биосферное мышление, отличное от господствующего на протяжении всей истории Человечества антропоцентризма.



    © Н.В.Глотов, 1996

    Глотов Николай Васильевич, доктор биологических наук, профессор биолого-почвенного факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

    Антропоцентризм

    Понятие антропоцентризма, или антропоцентрического мышления, толкуемое достаточно широко, можно определить как мировоззрение, в центре которого стоят интересы человека, при этом представление о биосфере, как целостной системе, остается на периферии сознания. Напротив, биосферное мышление в центр рассмотрения любых проблем будет ставить биосферу как целостную структурно-функциональную систему, лишь одной из составляющих которой является человек. Именно ╚будет╩, поскольку сегодня мы имеем лишь контуры биосферного мышления, не более чем его ориентировочные наброски. Мы нередко говорим, каким ╚должно быть╩ биосферное мышление, однако правильнее, наверное, понимать это как ╚скорее всего, будет╩.

    Антропоцентризм и биосферное мышление

    Антропоцентрическое мышление и биосферное мышление - два кардинально различающихся, два полярных мировоззрения. Это касается самых разных аспектов: характера обсуждаемых проблем (методологических, исследовательских, хозяйственно-промышленных и т.д.), множества людей, чьи интересы затрагиваются (от отдельных личностей, групп людей, объединенных по социальной, религиозной, национальной или иной принадлежности, до населения стран, материков и человечества в целом), размера территории, подвергающейся антропогенному воздействию (от десятков - сотен квадратных метров, частей ландшафта до обширных регионов, витасферы [З] и биосферы в целом) и т.д. Одним из главных признаков различия двух мировоззрений является отношение к времени. При антропоцентрическом подходе, как правило, ограничиваются оценками и прогнозами краткосрочными - максимум ближайшее десятилетие, в то время как при биосферном основу должны составлять долгосрочные оценки и прогнозы - минимум десятилетия и столетия. Антропоцентризм делает акцент на судьбах ныне живущих людей и их сиюминутных интересах, и крайнем случае - их детей и уж совсем абстрактно - внуков. в то время как биосферное мышление будет охватывать чреду поколений и действительно приобретет таким образом право говорить о судьбе человечества. Антропоцентризм локализует анализ воздействий на природные комплексы в пространстве. при биосферном подходе сознается важность возможного ╚расползания╩ эффектов на обширные территории. Антропоцентрический подход, реализуемый в каком-то промышленном проекте, предъявляет своим противникам требование: ╚Докажите. что этот проект будет в каком-то отношении вредным╩. Биосферный подход требует аргументов в пользу того, что наличествующее состояния природы не будет ухудшено. В конечном итоге антропоцентризм формулирует целевую функцию как ╚было бы лучше человеку сегодня, а там видно будет╩, биосферное мышление - ╚не может быть человеку лучше, если не исключено ухудшение природных комплексов╩. Опыт показывает, что антропоцентрический подход довольствуется остаточным принципом финансирования фундаментальных исследований, являющихся, по словам В.И.Вернадского, основой формирования биосферного мышления: ╚Основной геологической силой, создающей ноосферу, является рост научного знания╩ [4, с.43, 199].

    Биосферное мышление

    Повидимому, важное место в биосферном мышлении будет занимать построение моделей развития, постоянно верифицируемых системой мониторинга (слежения) за природной средой. Это следует, например, из результата, недавно полученного математиками [5]. Существует два типа знания о среде:

    1. конкретные данные о состоянии среды в пространстве и во времени и
    2. представление (╚модель╩) о закономерностях и случайностях изменений среды в пространстве и во времени.

    Приспособленность данного индивидуума задается как соответствие между его прогнозом состояния среды (на основе этой модели и данных) и реализовавшимся состоянием среды. Оказывается, что существует оптимальное соотношение между объемом данных о среде и точностью модели. При фиксированном объеме данных дальнейшее уточнение и развитие модели не приводит к улучшению прогноза. Точно также для определенной модели среды дальнейшее наращивание базы данных не приводит к улучшению прогноза.

    Различия между антропоцентризмом и биосферным мышлением определяются, прежде всего, различиями между исторически контрастно сформировавшимися стилями мышления: упрощенным, если не примитивным (хотя и весьма эффективным при решении конкретных краткосрочных задач) технократическим подходом, с одной стороны, и подходом естественно-научным, естественно- историческим, с другой. Разобщенность и противоречивость естественно-научного и гуманитарного подходов [6] при этом также важны, но они имеют несомненно второстепенное значение.

    Базис естественно-научного подхода образуют знания о живом, что осознается сегодня не только биологами [1]. Эти знания оцениваются и интерпретируются в биогеоценологически- биосферном плане [7,8] с точки зрения биосферного класса наук [9].

    Человек

    Homo sapiens - обычный зоологический вид. Обычный в своей видовой индивидуальности, в характерных, присущих только этому виду, чертах. Решающее значение процесса цефализации в становлении Homo sapiens выясняется именно в связи с биосферно-ноосферным анализом В.И.Вернадского [4,11]. Уровень развития мозга Homo sapiens обеспечил такую видовую приспособленность к биотической и абиотической среде, при которой происходит непрерывный рост численности вида и безграничное (на планете) расширение его ареала. В конечном итоге ╚эволюционный процесс... создал новую геологическую силу - научную мысль социального человечества╩ [11, с. 20]. Когда мы слепо повторяем вслед за В.И.Вернадским ╚геологическая сила╩, то часто не осознаем ее почти фантастическую мощь: это сила, приводящая за историческое время к таким эффектам, которые в отсутствие Homo sapiens достижимы (если вообще достижимы) лишь за геологическое время.

    Это является следствием возникновения у Homo sapiens качества, по разному описываемого разными культурами, религиями, философскими течениями и точно схваченного Эразмом Роттердамским: ╚...Нет существа несчастнее человека, поскольку все остальные животные довольствуются теми пределами, в которые их заключила природа, и лишь он один пытается раздвинуть границы своего жребия╩ [10, с.74].

    Развитие мозга, обеспечившее чрезвычайную приспособленность Homo sapiens к среде, позволившее виду изменять эту среду коренным образом, отнюдь не вывело вид за пределы его биологической сущности. А если это так, то необходимо рассмотреть две особенности популяций Homo sapiens: динамику численности и генетическую гетерогенность популяций.

    Не будем подробно останавливаться на анализе динамики численности Homo sapiens - этому посвящена обширная литература. Заметим лишь, что рост численности скоррелирован с эффективностью преобразующей среду деятельности, приобретающей все более глобальный характер и наносящей все больший ущерб самому виду.

    Любопытно, что и согласно рассуждениям физиков и биологов оптимальная численность вида Homo sapiens на планете не должна превышать 500 млн человек [12,13,14]. Сегодня все более ясным становится, что устойчивое существование Homo sapiens на планете не определяется обеспеченностью человека пищей, водой и воздухом [15].

    Человечество

    На протяжении всего периода научного творчества - от юношеских путевых заметок до статьи 1944 г. о ноосфере - В.И. Вернадский рассматривает ╚человечество, взятое в целом╩, , говорит о ╚всех людях╩: ╚Есть, однако, многое, общее большинство людей, есть такие выводы, которые будут приняты необходимыми всем людям, и это составляет наш разум╩ [4, с. 153]. ╚Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом становится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого╩ [11, с. 241].

    Однако, взгляд на вид как на ╚единое целое╩, как на гомогенную совокупность противоречит современным представлениям популяционной генетики. Со времени классической работы С.С.Четверикова [16] известно, что популяции всех видов живых организмов в высшей степени генетически гетерогенны. Это касается любых признаков и свойств - морфологических, физиологических, биохимических, включая поведенческие и любые признаки приспособленности, для человека - признаки интеллекта. Генетически гетерогенны и все популяции человека, вида Homo sapiens. Просто и ясно это показано одним из выдающихся эволюционистов-генетиков Ричардом Левонтином [17]. Всеобщность генетической гетерогенности популяций - не гипотеза и не теория. Сегодня это утверждение имеет силу эмпирического обобщения [см. 18,19, 20]. В природных популяциях, в том числе в населениях человека, в буквальном смысле слова нет двух идентичных особей.

    Генетическая гетерогенность популяций означает, что по всем признакам, в том числе и по признакам поведения, интеллекта, особи Homo sapiens неизбежно будут между собой различаться. При этом даже многие биологи думают, что генетическая детерминация признака подобна приговору, не подлежащему обжалованию: если генотип ╚хуже╩, то и значение признака, например, интеллектуальные способности, всегда ╚хуже╩. Однако между генотипом и значением признака, определяемого этим генотипом, нет взаимнооднозначного соответствия. Р.Левонтин повторяет: ╚Генетический не означает неизменный╩ [l7, с.122, 128].

    Рассмотрим особенности проявления признака на простом примере. Пусть среда обитания популяции, возможно н популяции Homo sapiens, сильно изменяется от момента времени t1, к моменту времени t20. В момент t1возьмем в популяции две особи - генотипа А и генотипа В. Пусть значение какого-то жизненно важного признака у особи А будет равно а1, а у особи В равно в1 пусть а1( b1. Пусть в момент t2, значения признаков у особей таких же генотипов будут а2, и b2,. Вопрос: будут ли различия по значениям признаков одинаковыми в t1 , и t2? Другими словами, будет ли выполняться равенство а1- b1= а2 - b2?

    (1) Действительно, в ряде случаев возможно, что а2 = а1+k и b2=b1+k, где к - какое-то число со знаком плюс или минус. Т.е. насколько генотип А был лучше генотипа В в среде t1 настолько же он лучше в среде t2. Это случай аддитивных генотипических эффектов.

    (2) Однако не менее часто мы наблюдаем другие соотношения: а2= а1+ka и b2=b1+kb , причем ka не равно kb. т.е. разные генотипы по разному реагируют на изменения среды, бывает даже, что в итоге а2< b2: А ╚лучше╩ В в среде t1 и А ╚хуже╩ В в среде t2! Например, ученый-одиночка, отличающийся колоссальной научной продуктивностью в условиях уединения и неспешной работы, может оказаться почти беспомощным, если его поместить в интенсивно работающий исследовательский коллектив, поручить ему решение к определенному сроку конкретной задачи. Напротив, исследователь, легко вступающий в контакты с коллегами, эффективно использующий поступающую от них информацию и успешно решающий частные задачи, которые, скорее всего, он сам и не формулировал, окажется просто не способным к полностью самостоятельной работе в уединении. Это - случай неаддитивных генотипических эффектов, говорят, что в популяции имеет место взаимодействие генотип - среда, т.е. по значению признака особи разных генотипов по-разному реагируют на изменение среды. Сегодня известно, что взаимодействие генотип - среда широко распространено в природных популяциях и обусловлено не эффектами каких-то отдельных генов, а в целом генетической гетерогенностью популяции [21, 22].

    (3) Ситуация еще более осложняется у животных с развитыми формами поведения и психической деятельностью. Оказывается, что на значение признака у особи определенного генотипа, находящейся в определенной среде обитания, сильно влияет информация, поступающая негенетическим путем, посредством активного или пассивного обучения, прежде всего, у особей родительского поколения, но также и у особей своего поколения и даже поколения детей. Это естественно, ведь в среднем дети из семей научных работников будут более успешно заниматься научной работой, а дети из московских школ в среднем будут выглядеть более ╚развитыми╩, чем дети из сельских школ. В общем виде эти проблемы в прошлые годы активно обсуждали отечественные генетики М.Е.Лобашев, В.П.Эфроимсон, Н.П.Дубинин, Б.Л.Астауров, Д.К.Беляев [см., например, 23, 24]. В настоящее время в рамках популяционной и эволюционной генетики интенсивно развивается особое направление - ╚gene-culture evolution╩ (в буквальном русском переводе что-то вроде ╚генетико-культурная эволюция╩) [25]. В основном, это теоретико-математические исследования с привлечением материалов по естественным и модельным популяциям. Удалось выяснить, что при наличии такого рода феноменов существенно изменяется динамика частот генов и генотипов в популяции, что процесс обучения следует детализировать (способность обучать, способность воспринимать информацию, использовать ее и т.п.).

    Проблема большой генетически обусловленной изменчивости популяций Homo sapiens по признаку ╚интеллектуальная мощь╩ имеет прямое отношение к проблеме ╚Биосфера и Человек╩.

    Задача выработки и реализации биосферного мышления чрезвычайно сложна. С одной стороны, сегодня мы имеем дело с уникальным природным явлением - биосферой Земли. У нас нет возможности для осуществления стандартного пути научного поиска: нет повторных наблюдений и возможностей для сравнения. С другой, общеизвестна тенденция к нелинейности биосферных процессов. Поэтому ╚предвестники╩ катастрофы в принципе трудно уловимы и неоднозначно интерпретируемы. Действовать же нужно до начала катастрофы, когда она разразилась - уже поздно: большие системы падают сразу. Кроме того, неизбежна неоднозначность и в способах действия: какой конкретный путь выбрать? Решений будет множество, и вряд ли можно рассчитывать на результаты точных прогностических расчетов. Мы имеем дело не просто со ╚сложными системами╩, а со ╚сверхсложными системами╩, даже подходов к их теории пока нет.

    Может ли человек создать биосферное мышление?

    Тогда возникает вопрос: а может ли Homo sapiens справиться с такой задачей в принципе, создать биосферное мышление и эффективно им пользоваться? Ответа на этот вопрос нет. Не исключено, что для решения задачи требуется ╚надчеловеческий╩ разум. Подобно тому, как Н.В.Тимофеев-Ресовский считал бессмысленным обсуждение проблем евгеники, т.е. проблем улучшения самим человеком [15, с.159- 160]. Если же Homo sapiens способен решить задачу, то из сказанного выше о гетерогенности популяций следует, что у человека лишь очень немногие, крайне редкие индивидуумы могут обладать такой интеллектуальной мощью, чтобы сформулировать принципы и правила биосферного мышления, чтобы научиться пользоваться этими правилами постоянно в повседневной жизни. Немногие индивидуумы будут способны понять тех, кто нашел решение. Подавляющее же большинство не будет понимать: почему грозит катастрофа? где доказательства? почему я должен жертвовать своими личными интересами даже не ради абстрактного для меня Человечества, а ради какой-то Биосферы? почему нужно идти именно этим путем, а не другим? и т.д., и т.п.

    Таким образом, одно из основных условий перехода к ноосфере заключается в решении проблемы: если удалось сформулировать принципы боттеферного мышления и найти пути устойчивого развития биосферы и Homo sapiens в ней, то как убедить ╚человечество, взятое в целом╩, следовать по этому пути? Может быть, здесь поможет свойственная виду Homo sapiens ╚подверженность пропаганде и средствам массового воздействия╩ [26, с.41].

    Благодарность

    Автор выражает сердечную признательность Л.А.Животовскому, 0.В.Кузнецовой., 0.Е.Максименко и 0.Н.Глотовой зa обсуждение настоящей работы и ряд весьма полезных замечаний.

    Литература

    1. Пиппард А.Б. Образованный ученый. // Образованный ученый. М., Наука, 1979.С.32-57.
    2. Вернадский В.И. Несколько слов о ноосфере. Успехи соврем. биол., 1944, N 18. Вып.2. C.113-120 (цит, по [10]).
    3. Тюрюканов А.Н., Александрова В.Д. Витасфера Земли // Бюлл. MОИП, 1969. отд. био.,т.74..N 4.C.14- 26.
    4. Вернадский В.И. Биосфера и ноосфера. М., Наука, 1989, 262 с.
    5. Zhivotovsky L.A., Bergman А., Feldman M.W. А model of individual behavior in a fluctuating environment. In: Plastic individuals in evolving populations. Ed. Belew R. et al., 1995, in press.
    6. Сноу Ч.П. Две культуры. М., Прогресс, 1973,143 с.
    7. Тимофеев- Ресовский Н.В., Тюрюканов А.Н. Об элементарных биохорологических подразделениях биосферы //Бюлл. МОИП, 1966, отд. биол., т.71. ╧1,с.123-132
    8. Тимофеев- Ресовский H.B., Тюрюканов A.H. Биогеоценология и почвоведение.//Бюлл. МОИП, 1967, отд. биол.. Т.72. ╧2. C.106-117.
    9. Федоров В.М. Синтетические тенденции в современном естествознании. М., изд. Московского ун-та, 1979,117 с.
    10. Эразм Роттердамский. Похвала глупости. М., Советская Россия, 1991, 464 с.
    11. Вернадский В.И. Научная мысль как планетарное явление. М., Наука, 1991, 271 с.
    12. Горшков В.Г., Кондратьев К.Я., Шерман С-Г. Устойчивость биосферы и сохранение цивилизации // Природа, 1990, ╧7. C.3-16.
    13. Дольник В.Р. Существуют ли биологические механизмы регуляции численности людей? Природа, 1992, ╧6. С.3-16.
    14. Моисеев Н.Н. Как далеко до завтрашнего дня... М., Аспект пресс, 1891. с.216.
    15. Тимофеев- Ресовский Н.В. Воспоминания. М., Прогресс, 1995, 382 с.
    16. Четвериков С.С. О некоторых моментах эволюционного процесса с точки зрении современ, в противоположном: во всеобщем примирении и ладе. Мир есть согласие и космос (порядок). Однако, нельзя сказать, что в мире нет смысла. Он есть; он пробивается через бессмыслицу. Этим всеобщим смыслами является всеединство.

      Начало пути к всеединству - не осознание идеи всеединства, а действие, которое проявляется прежде всего в любви, как деятельной силе, победе духа над материей, одухотворении плоти. Такое активное богодействие Соловьев назвал теургией. ╚Эта теургия есть свободное и деятельное пересоздание себя самим человечеством из плотского и природного в духовное и божественное╩[13].

      В ╚Чтениях о Богочеловечестве╩ автор метафизики всеединства отмечал, что конечной целью человеческой истории является безусловное единение (абсолютное всеединство). Частью последнего у Соловьева является социальный проект православно-католического единства, изложенный в концепции ╚свободной теократии╩.

      Русский космизм в ХХ веке

      Ученики Соловьева в начале XX столетия на основе метафизики всеединства разработали главные идеи религиозного космизма. Акцент был перенесен с теологии и софиологии в сферу антропологии, на учение о личности как онтологическом принципе универсума, соизмеримом с Богом. Человек есть первоисточник и абсолютный носитель исторического процесса. Космисты отвергли возможность построить гармонический социум посредством революционных изменений социальных отношений и норм. Именно личность является источником социальной гармонии и совершенства. Именно в ней клубок социальных противоречий сплетается в иррациональный узел, поэтому сначала следует наладить гармонию внутри человека и только тогда распространить ее на внешний мир. Кроме того, личность является космическим феноменом в силу присущей ей теургической мощи. Теургия, конкретизировали космисты, есть действие Бога-в-мире, совершаемое в человеке и через человека, а также содействие человека божественному творчеству, ответственность человека за состояние универсума. Однако теургическая мощь в полной мере актуализируется лишь после преображения человека в ╚абсолютно-ценную личность╩. Преображение личности - это приобщение человека к единой духовной сущности, заложенной в человеке, но до определенного времени не востребованной. Преображение человека - это Богоявление. Постижение своего внутреннего мира, проникновение в его метафизические глубины позволяет человеку проникнуть н в сокровенные тайны вселенной, ибо внутренний мир человека целиком пронизан запредельным, божественным миром, трансцендентностью, которая оживляет и одухотворяет нас. Связь с миром, писал С.Л.Франк, достигается самоуглублением: волей, верой, свободным самоопределением, самоотречением, покаянием. ╚Чем глубже человек уходит внутрь, тем более он расширяет и обретает естественную и необходимую связь со всеми остальными людьми, со всей мировой жизнью в целом╩[14].

      В процессе человеческого единения огромное значение русские философы придавали силе молитв, любви, духовных подвигов, имеющих космический масштаб.

      Именно в самоуглублении; направленном на осуществление божественной коммуникации и преображение человека, космисты усматривали первую ступень теургии - антропоургию, цель которой - собрать Я, объединить человека, создать абсолютную личность как существо космически значимое, уникальное, божественное, способное выйти из бездны личности в бездну божественного космоса

      Философия религиозных космистов была направлена и ни поиски единства человека с человеком и миром. В теургическом акте сочетаются действия Бога с космической стихией и естеством человека, что и составляет предпосылку Богочеловечества. Это всемирно-историческое и вселенски-космическое единство осуществляется, как показали космисты, посредством таких теургических модификаций, как софиургия и космоургия.

      Софиургия есть достижение единства мировой истории и социального процесса (╚соборность╩). Флоренский утверждал, что антропоургия ╚водворяя мир в душе человека, способствует умиротворению общества и вселенной╩[15]. В софиургическом процессе участвует не только история, не какая-то часть сотворенного мира, но вся вселенная, весь космос. Проникновение в божественный смысл мировой космической жизни, воссоединение с ней есть космоургический процесс. Через это единение происходит усовершенствование и космоса, и человека. Космоургия есть единение человека с Богом, возвращение некогда отпавшего от Бога человека в состав божественного бытия (╚вселенскость╩, ╚богочеловечество╩ как подлинное человечество).

      ╚Теургическое беспокойство русской мысли╩ (В.Зеньковский) распространялось и на метаисторию. Космисты были убеждены, что судьба человеческая неразрешима в пределах истории, она получает окончательное решение ╚во вневременном, в вечности, во всеединстве за пределами истории╩[16]. Человеческая история в конечном итоге вновь вливается в ╚небесную историю╩. Космизм, таким образом, соприкасается с эсхатологией как учением о подлинном исполнении истории и бытия.

      Русские космисты наполнили русскую идею всечеловеческим, вселенским смыслом, обогатили и конкретизировали ее.

      Национальный характер

      Издержки национального характера

      Учение о всеединстве как центральном моменте философии космизма выразило положительные черты и возвышенные чаяния русского народа, его национального характера. Но в характере каждой нации существуют и изъяны. Они, несомненно, были и есть и у русского народа. Впрочем, необходимо заметить, что некоторые из них являются абсолютизацией вполне понятных упований народа.

      Русская нация в течение тысячи лет воспитывалась на православных ценностях. Уже самое наименование ╚русской веры╩ свидетельствовало о солидном самомнении русских. Огромные жизненные пространства, занимаемые русскими, также немало способствовали этому горделивому самомнению. Быть может, географическим фактором определялась и присущая русским теллургическая мистика, согласно которой земля есть божье достояние, принадлежать она должна всем и, следовательно, никому. Таким образом, русский мессианизм есть порождение национального самомнения; огромные пространства, заселенные миллионами людей, - разве это не подтверждение исключительной исторической миссии россиян? Русский народ может и должен привнести в мир правду и справедливость.

      ╚Обеспокоенность╩ миссионерскими обязанностями привела к забвению и пренебрежению конкретной человеческой судьбой. Русскому человеку зачастую некогда было заняться устроением своей жизни - все силы духа были направлены на ╚внешнее╩ устроение. Государство как наднародный орган занималось прежде всего наведением внешнего принудительного единства, решением ╚общих╩ проблем, до конкретного человека государству также дела не было.

      Неустроенность русской жизни компенсировалась коллективными фантазиями, мечтанием о всеобщей справедливости, благе, красоте и добре. Она определяла и беспомощность в постепенной перестройке социальных форм жизни. В русскую идею проникло чувство нетерпения, которое на ╚мирском╩ (обыденном) уровне трансформировалось в убеждение возможности скорой (╚чудесной╩) трансформации земной юдоли в ╚царство небесное╩, немедленного идеального мироустроения. Этим во многом объясняется терпимость к рискованным социальным экспериментам со стороны государственных лидеров в разные исторические эпохи.

      Следствия издержек национального характера

      Издержки национального характера, историческая толерантность подготовила приход коммунистов. Коммунизм, таким образом, не был абсолютно случайным, извне навязанным учением. Коммунисты сознательно и бессознательно учитывали эту готовность ╚мирского духа╩ к восприятию коммунистических идей. Тоталитаризм православия подготовил почву для коммунистической идеологии, быстро принявшей характер ╚светской╩ религии. Как самодержавное государство мало пеклось о внутреннем комфорте человека, так и коммунисты уповали лишь на насилие и внешнее принудительное единство. Однако, если самодержавие вкупе с православием могло надеяться ╚в веках╩ решить главнейшие жизненные проблемы народа (о чем, к примеру. свидетельствуют реформы самого цивилизованного государя России Николая 1), то коммунисты во главе с Лениным обещали ли в мировом масштабе решить все жизненные проблемы сразу в ближайшие десятилетия. Это и есть главное свидетельство искажения русской идеи коммунистической идеологией. По словам Н.Бердяева, ленинское учение о государстве есть извращение идеи социального всеединства.

      В извращение русской идеи вполне вписывается и марксистское представление о предшествующей истории как предыстории. Если русские космисты утверждали, что в рамках человеческой истории не могут воплотиться человеческие упования, то коммунисты были уверены, что именно коммунистическая эпоха - время решения вековых идеалов человечества. Если русская идея как идея всеединства - обшечеловечна по форме и содержанию, то идеология коммунизма есть логическое продолжение национального мессианизма с его утверждением особого исторического пути России.

      Другим элементом, извращающим учение о всеединстве, является коммунистическое учение о пролетарском интернационализме.

      Космические устремления русского народа превратились у коммунистов в социальный титанизм: соотечественникам годами вдалбливали мысль о том, что коммунисты способны не только идеально обустроить социальный космос, но и ╚переделать╩ природу и завоевать всю вселенную. (Попыткой поэтического отображения этого бреда были некоторые произведения В.Хлебникова и С.Есенина, деградацией экосистем и истощением природных ресурсов с еще большей скоростью [4, 5]. Можно показать, что используемые в настоящее время методы дисконтирования не учитывают обратные межвременные связи и ориентированы на минимизацию лишь прямых непосредственных затрат, поэтому они не приемлемы в расчетах эколого-экономического характерана длительную перспективу (например, на 30 - 40 лет) [4, с.288]. В расчетах с использованием динамических моделей развития ноосистем дисконтирование целесообразно осуществлять раздельно для воспроизводимых и невоспроизводимых благ (включая природные). Анализ динамических моделей развития ноосистем - необходимое условие обоснования принципов и методик межвременных экономических соизмерений в области природопользования.

      Понятие магистрали.

      Динамика развития ноосистем в простейших моделях задается системой требований и ограничений, определяющей множество возможных переходов из одного состояния в другое за единичный период времени. Анализ динамических моделей функционирования ноосистем позволяет найти для широкого класса условий необходимые и достаточные признаки оптимальности траектории развития системы. Изучение динамики таких систем естественно приводит к понятию магистрали.

      Магистраль - это особая траектория развития, которая обладает следующими важными свойствами:

      - с течением времени оптимальная траектория, исходящая из любого начального состояния становится близкой к магистрали;

      - по исходной модели можно построить некоторый специальный функционал - критерий (╚максимальная производительность, потенциал экономической системы╩), максимальное значение которого достигается лишь при условии совпадения траектории развития с магистралью. С помощью этого критерия представляется возможным оценить, насколько далеки те или иные состояния или решения от оптимальных. При решении чисто практических задач такой критерий оптимальности позволяет обосновать и рассчитать нормативы экономической эффективности использования природных ресурсов и других факторов общественного производства;

      - магистраль вычисляется значительно легче с точки зрения трудоемкости и размерности задачи, чем оптимальная траектория, выходящая из произвольного начального состояния.

      Авторами доклада исследовался вопрос о существовании "магистрали в задачах управления ноосистемами" [6,7]. При этом предлагалось выполнение следующих условий:

      - множество возможных переходов системы за единичный интервал времени удовлетворяет условию равновесности (т.е. ноосистема под воздействием человеческой деятельности может перейти за единичный интервал времени в любое достаточно близкое к исходному состояние в том числе и вернуться в состояние соответствующее ни чаду предшествующего интервала)

      - экзогенные параметры динамики ноосистемы не зависят в явном виде от времени.

      При этих предположениях доказана теорема о существовании магистрали.

      Кроме того, экономико-математический анализ модели дал возможность получить ряд результатов, имеющих не только теоретическое, но и прикладное значение. Эти результаты получены при предположении существования единого критерия развития ноосистемы, рассмотрения общества как единого целого. При этом, однако, не учитывались различия в экономических интересах субъектов развития, учет которых естественным образом приводит к понятию экономического равновесия, определяемого как состояние достигаемое в результате взаимодействия отдельных субъектов общества. Основной результат в теории экономического равновесия, имеющий фундаментальное значение для экономической теории вообще, заключается в утверждениях эквивалентности, согласно которым при определенных условиях (в частности, в отсутствие монополий) оптимальные траектории оказываются равновесными и наоборот. Эти утверждение подтверждает и тезис об эффективности рыночных механизмов регулирования экономики и целесообразности их использования в сфере природопользования.

      Однако, как модели динамики ноосистем, так и модели экономического равновесия в чистом виде не могут использоваться на практике для целей регулирования общественного производства на региональном, национальном и глобальном уровнях. Они должны встраиваться в сложную систему практической экономической деятельности. Для этого необходима разработка специального экономического механизма реализации оптимальных состоянии и траекторий.

      Литература.

      1. Переписка В.И. Вернадского с Б.Л. Личковым. 1940-1944 М., 1980: страницы автобиографии В.И. Вернадского. М. 1981 г.
      2. Наше общее будущее М. 1989 г.
      3. Моисеев Н.М. Современный антропогенез и цивилизованные разломы. Эколого-политологический анализ. // Вопросы философии. 1995, N 1. C.5
      4. Каганович И.З. Целенаправленность и фактор времени в природосберегающей экономике (по результатам анализа межвременных связей) Изв. АН ЭССР ТЗ2. Общ.науки.1983. ╧ 4.
      5. Каганович И.З. Анализ межвременных связей в природосберегающей экономике. // Экономика и математические методы. 1989 г. Т.25. Вып. 3.
      6. Теорема о магистрали в задаче управления обратимыми процессами // Кибернетика 1988. N 3 c.97-99
      7. Суровцев Л.К., Шалабин Г.В. Экономические вопросы реализации концепции устойчивого развития. // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 5, вып.1. 1995 C.54-60.

      РУССКАЯ ИДЕЯ И КОСМИЗМ

      В.Н. Дуденков

      Русская идея вновь волнует умы россиян. Это и понятно: Россия стоит перед очередным историческим выбором. Социально-политическое самоопределение страны детерминирует размежевание не только политически активного населения, но, думается, подавляющего его большинства.

      Споры о национальной идее будут злободневными до тех пор, пока наше отечество не обретет тот путь, который поддержит большинство его граждан и который объединит их. Общенациональная объединительная идея такой страны, как Россия, несомненно, имеет и всемирно-историческое значение. Ее смысл и способы реализации не могут быть безразличными для мирового сообщества.

      Русская идея в общем виде - это путь движения страны, способ ее существования в настоящем и будущем, это и ╚далекая╩ цель ее развития. По своему объему она общенациональна. И как таковая, являет собой идеал для всех народов, населяющих Россию, их вековую мечту о благосостоянии, справедливости, добре и красоте.

      Русская идея, как великая национальная идея (цель, мечта, идеал) вызревает в недрах народа, зависит от родовых черт национального характера - менталитета, как сейчас говорят - специфики его исторического развития и религиозной веры.

      Как всякая идея такого масштаба, она имеет свои особые истоки, время созревания и развития. Не касаясь этих второстепенных для данной статьи вопросов, следует, однако, отметить, что русская национальная идея в точном смысле - ее полном виде - сложилась в период возникновения российской нации и российской государственности. Появление национальной идеи, понятной, доступной большинству людей, разделяемой ими, свидетельствовало о мощном национальном самосознании народов, составляющих нацию, т.е. о понимании и приятии принципов общественного бытия, государственного устройства, духовной жизни, а также целей и путей исторического движения нации.

      Русская идея не оставалась статичной. Она постоянно уточнялась духовными воителями нации, развивалась ими, впитывая чаяния и упования простых людей.

      Коренной пересмотр национальной идеи, ее кардинальное переосмысление, вообще говоря, невозможны в рамках данной нации. Замена национальной идеи невозможна потому, что для этого должен измениться состав нации, ее история. Смена общественно-политического строя не меняет глубинного смысла и содержания национальной идеи, ибо, как показывает история, подобного рода историческая трансформация в подавляющем большинстве стран происходит эволюционным путем, постепенно, в течение длительного исторического периода, на протяжении которого в нее вносятся необходимые поправки и дополнения. Изменение же общественно-политического порядка революционным или насильственным путем ведет по необходимости и к насилию над национальной идеей, ее грубейшему искажению и попранию. Причем, прежде чем произойдет идейно-духовная контаминация, определенные политические силы стремятся осуществить насилие над многими представителями нации, т.е. пытаются в исторически короткий срок ╚пересоздать╩ человека, сформировать ╚новую личность╩, коей и вменить - навязать ╚новую╩, искусственно сфабрикованную идеологию. С помощью последней и насилуют вековую идею нации. Как показала новейшая история России, подобного рода рискованные упражнения с народом и его идеей добром не кончаются: они отбрасывают нацию и его духовную жизнь далеко назад. И тогда вновь возникает вопрос о сущности национальной идеи и способах ее воплощения.

      Крушение коммунистической диктатуры в нашей стране определило взрыв интереса россиян к вопросу о национальной идее.

      О ней много пишут и еще больше говорят. Изданы самые крупные труды, посвященные осмыслению этой проблемы. Наиболее глубоко вопрос о русской идее был разработан в произведениях классической русской философии, начиная с Вл.С.Соловьева и кончая А.Ф.Лосевым, т.е. в работах мыслителей, живших в переломный для судеб России исторический момент.

      Вопрос о том, что такое русская идея и как ее воплотить, весьма актуален. На мой взгляд, ее основные положения развиты в философии русского космизма с его Центральным учением о всеединстве. Согласиться с мнением, что общее дело человечества, за которое взялась Россия, это вопрос ╚о телесном бессмертии╩, как полагает Л.В.Карасев, нельзя[18]. Вопрос о бессмертии обсуждается в рамках русской идеи, но не является его ядром.

      Вредоносность же русского коммунизма не только в том, что он исказил русскую идею, деформировал учение всеединства, но и в том, что он отдалил реализацию русской идеи. Именно проблема реализации актуальна сейчас. Прав А.Гулыга, говоря, что русский космизм сказал все, теперь дело за практиками, историческая миссия которых - воплотить русскую национальную идею, с которой россияне обращаются ко всему миру.



      © В.Н.Дуденков, 1996.

      Дуденков Владимир Николаевич доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии Санкт-Петербургского государственного технологического института (Технологического университета).

      Русская идея

      Основополагающие мысли в общем определении русской идеи высказал родоначальник философии всеединства Вл.С.Соловьев. По его размышлению, национальная идея должна быть замешана на религиозной основе, поскольку именно религия формулирует вечные истины. Ведь главная идея, с которой нация обращается к себе и всему миру, не объективация ее горделивого самомнения, не духовные и социально-исторические амбиции, всегда преходящие и изменчивые. Национальная идея, полагал Соловьев, должна опираться на истины ╚внешние╩ по отношению к нации, вечные, непреложные, вневременные. ╚Мы поищем ответа в вечных истинах. Ибо идея нации есть не то, что она сама думает о себе во времени, но то, что Бог думает о ней в вечности╩[1]. Национальная идея это замысел Бога о том или ином народе. В то же самое время, писал Соловьев, национальная идея не есть идея национальной ограниченности или национальной исключительности. Поскольку каждый народ, каждая нация есть часть человечества, мирового сообщества, связанная непрерывными узами с другими народами и нациями, постольку национальная идея есть идея всечеловечности, общечеловечности и ╚...ни один народ не может жить в себе, через себя и для себя, но жизнь каждого народа представляет лишь определенное участие в общей жизни человечества. Органическая функция, которая возложена на ту или иную нацию в этой вселенской жизни, - вот ее истинная национальная идея, первично установленная в плане Бога╩[2]. И, наконец, третий принцип, с позиций которого Соловьев осмыслял русскую идею, это принцип всеединства как самый конкретный и исторически реальный. В этом смысле русская идея предстает как исторический долг России по отношению к себе и другим народам мирового сообщества. Этот долг ╚требует и признания нашей связи с вселенским семейством Христа и обращения всех наших национальных дарований, всей мощи нашей империи на окончательное осуществление социальной троицы, где каждое из трех главных единств: церковь, государство и общество безусловно свободно и державно не в отъединении от двух других, поглощая и истребляя их, но в утверждении безусловной внутренней связи с ним. Восстановить на Земле этот верный образ божественной троицы - вот в чем русская идея╩[3].

      Е.Н.Трубецкой, посвятивший немало страниц своих трудов русской идее, упрекал своего учителя за то, что тот русскую идею представил как идею православную и отождествил с идеей вселенской, мировой[4]. Однако данный упрек вряд ли справедлив, он бьет мимо цели, ибо Соловьев вовсе не стремился подменить вселенскую идею русской, православной, и тем самым, якобы, объективно подчеркнуть ее исключительность. Великий философ, как известно, ратовал за историческое воссоединение основных мировых религий. Только будущая единая мировая религия предстанет как абсолютная истина, объединяющая мировое сообщество и ведущая его в вечность. Однако в размышлениях Трубецкого о русской идее можно усмотреть важное предостережение об опасности подмены всемирной идеи идеей националистической, что, как он справедливо полагает, приведет к национальной исключительности (именно в этом духе подают русскую идею современные национал-патриоты). Национальная идея - это долг и историческая миссия того или иного народа по отношению к другим народам, духовно- культурный вклад в развитие мирового сообщества в движении к его окончательному объединению. Миссионизм такого рода вполне может быть трансформирован в мессианизм, когда национальная идея утверждается единственно верной, мирообъемлющей, исключительной. Именно такая бездоказательная подмена имела место в лозунге монаха Филофея о Москве как третьем Риме. В этой идеологеме русское православие квалифицировалось как единственно истинная вера, православное истолкование Бога объявлялось абсолютно верным, а ╚творец Вселенной единый Бог представлялся русским Богом╩. Мессианизм, считал Трубецкой, не только не способствует прогрессивному развитию русского народа, но и затмевает вселенскую идею. Но именно такой мессианизм был абсолютно чужд Соловьеву.

      Не должно и не может быть навязано другим народам и всеединство как общее выражение русской идеи. Но в силу своей всемирности, космичности, обогащенности высшими достижениями духовной культуры многих народов, всеединство может быть предложено и другим народам. Россия как великая страна с уникальной духовной культурой имеет право обратиться к народам мира с идеей всеединства, питая надежду не только на ее восприятие, но и обогащение духом этих народов. Этот аспект подчеркивал Л.П.Карсавин в работе ╚Восток, Запад и русская идея╩. Он отмечал, что всеединство нельзя мыслить как безразличное единство всех народов или такое же единство их под одною только церковною властью. Тогда оно не будет всеединством. Его необходимо мыслить по аналогии с живым организмом, ╚...надо исходить из сознания особого смысла и особого значения каждого из органов в качественности своей необходимости для целого... нельзя создать единство человечества путем уничтожения культурных, национальных, религиозных и других особенностей╩[5].

      Русская идея не отторгает идей других народов, а призывает к сотрудничеству народы мира. Н.А.Бердяев писал в связи с этим, что русская идея есть ╚идея коммюнитарности и братства людей и народов╩[6]. Каждая национальная идея имеет свои преимущества (например, прагматизм ╚американской мечты╩), основное же преимущество русской идеи - универсальность, по причине чего она приобретает эсхатологический характер, принимающий форму ╚стремления ко всеобщему спасению╩[7].

      Русский космизм

      Русская идея разрабатывалась на различных уровнях: религиозном, научном, художественно- эстетическом, на уровне здравого смысла. Самая глубокая и всесторонняя разработка была дана в философии русского космизма. В центре этой философии как раз и стала проблема всеединства.

      История русского космизма

      Космизм, или универсализм, исходил из представления о человеке как существе, обладающем универсальностью внутреннего содержания, открытостью людям, истории, бытию, вселенной, Богу. Космизм - это философия жизни, смерти и бессмертия человека и вселенной, земного и неземного в их неразрывном единстве. Это философия поисков и обретений высшего смысла бытия вообще, это философия надежды и спасения.

      Русский космизм сложился в конце XIX - начале XX в. и по своим корням является философским осмыслением возможной национальной и всемирно-исторической катастрофы во имя поиска выхода из нее. Он вырос на переживании уникальности бытия, хрупкости истории и человеческой судьбы, тревоге за жизнь человечества. Космизм в известной мере завершил концептуальную разработку русской идеи, обосновав всеединство как ее центральный момент. Космисты исходят из убеждения, что человечество живет не просто на ╚изломе времен╩, но является свидетелем исчерпания исторического времени, его потенциала, невозможности продолжения истории в рамках времени. непреложности возвращения человеческой истории в лоно вечности. По мнению С.Н.Булгакова, на рубеже XIX и XX веков человечество воочию убедилось в ╚великой неудаче истории╩. Но самая неудача небесплодна, ибо она повелевает ему обратиться к себе, к Богу, чтобы выйти за пределы истории, обрести смысл, войти в ╚историю вечную╩.

      В предчувствии кровавых событий, связанных с революциями и мировой войной, русские философы обратились к двум, по их мнению абсолютным ╚безосновным основам╩: бездне внутреннего мира человека и бездне космоса. Именно русским ученым и философам выпала судьба не просто продолжить размышления над укорененной в глубокой древности проблемой ╚человек - космос╩, но осмыслить ее на качественно новом уровне, поставив в прямую зависимость от ее решения судьбу человека к человечества. Русские философы попытались про- анализировать связь двух миров. Жизнь не ограничена земным домом, поэтому выход следует искать в единстве (синтезе) человека и космоса. При этом космос понимался не как физическая данность, а как духовная бесконечность, вечность и бездна, как обиталище Бога. Человек же - это творение Бога, существо духовно-творческое, бесконечное в своем внутреннем духовно-душевном измерении, ╚...то, что называется человеком... есть неизмеримо большее и качественно совсем иное, чем клочок мира: это есть внешне закованный в скромные рамки скрытый Мир великих, потенциально-бесконечных хаотических сил╩[8].Божественный космос не только не может быть объяснен без человека, но он нуждается в человеке. Человек как ╚живая сущность╩, заключающая в себе Бога, является подлинной субстанцией бытия. И как таковая - Божественная! - человеческая личность является космическим феноменом. Гулыга прав, полагая, что ╚космизм╩ был рожден стремлением взглянуть на жизнь человека как на космическое событие╩[9].

      Взгляды религиозных космистов развивались в русле метафизики всеединства. Целью космическо- онтологического процесса, писал Карсавин, является преображение историко-человеческого процесса в гармонию, достижение единства мира и того, что вне его[10].

      Исследователи сходятся в том, что Вл.С.Соловьев не только возродил в мировой философии метафизику всеединства, разработанную буддистами, платониками и неоплатониками, но и развил ее под наименованием ╚положительного, истинного, абсолютного всеединства╩. Всеединство обозначает идеальный строй мира, в котором осуществлена принципиальная воссоединенность и гармонизировать в Боге всех эмпирически согласованных элементов и стихий бытия. Всеединство - это Мир, вбирающий в себя всю множественность его проявлений, иск) полноту божественности, это, мир, в котором соперничество разрозненных областей человеческой реальности преображается в органическое единство. ╚Только положительное... всеединство может быть подлинной и полной истиной. Поэтому истина есть, истина есть все и истина есть единое╩[11].

      В метафизике всеединства Соловьев опирался на глубинный смысл христианства. Христианство воссоединяет мир сначала в Христе, а потом в человеке в течение всей истории. Мир лежит во зле. ╚Суть мирового зла состоит в отчуждении и разладе всех существ, в их взаимном противоречии и несовместимости. Но в этом же самом состоит и бессмысленность иррационального бытия мира. Мы называем бессмысленным все то, что ни с чем не вяжется и не ладится, что всему противоречит и ни с чем несовместимо. Итак, злое и бессмысленное в сущности одно и то же╩[12]. Смысл же мира, убеждал Соловьев, в противоположном: во всеобщем примирении и ладе. Мир есть согласие и космос (порядок). Однако, нельзя сказать, что в мире нет смысла. Он есть; он пробивается через бессмыслицу. Этим всеобщим смыслами является всеединство.

      Начало пути к всеединству - не осознание идеи всеединства, а действие, которое проявляется прежде всего в любви, как деятельной силе, победе духа над материей, одухотворении плоти. Такое активное богодействие Соловьев назвал теургией. ╚Эта теургия есть свободное и деятельное пересоздание себя самим человечеством из плотского и природного в духовное и божественное╩[13].

      В ╚Чтениях о Богочеловечестве╩ автор метафизики всеединства отмечал, что конечной целью человеческой истории является безусловное единение (абсолютное всеединство). Частью последнего у Соловьева является социальный проект православно-католического единства, изложенный в концепции ╚свободной теократии╩.

      Русский космизм в ХХ веке

      Ученики Соловьева в начале XX столетия на основе метафизики всеединства разработали главные идеи религиозного космизма. Акцент был перенесен с теологии и софиологии в сферу антропологии, на учение о личности как онтологическом принципе универсума, соизмеримом с Богом. Человек есть первоисточник и абсолютный носитель исторического процесса. Космисты отвергли возможность построить гармонический социум посредством революционных изменений социальных отношений и норм. Именно личность является источником социальной гармонии и совершенства. Именно в ней клубок социальных противоречий сплетается в иррациональный узел, поэтому сначала следует наладить гармонию внутри человека и только тогда распространить ее на внешний мир. Кроме того, личность является космическим феноменом в силу присущей ей теургической мощи. Теургия, конкретизировали космисты, есть действие Бога-в-мире, совершаемое в человеке и через человека, а также содействие человека божественному творчеству, ответственность человека за состояние универсума. Однако теургическая мощь в полной мере актуализируется лишь после преображения человека в ╚абсолютно-ценную личность╩. Преображение личности - это приобщение человека к единой духовной сущности, заложенной в человеке, но до определенного времени не востребованной. Преображение человека - это Богоявление. Постижение своего внутреннего мира, проникновение в его метафизические глубины позволяет человеку проникнуть н в сокровенные тайны вселенной, ибо внутренний мир человека целиком пронизан запредельным, божественным миром, трансцендентностью, которая оживляет и одухотворяет нас. Связь с миром, писал С.Л.Франк, достигается самоуглублением: волей, верой, свободным самоопределением, самоотречением, покаянием. ╚Чем глубже человек уходит внутрь, тем более он расширяет и обретает естественную и необходимую связь со всеми остальными людьми, со всей мировой жизнью в целом╩[14].

      В процессе человеческого единения огромное значение русские философы придавали силе молитв, любви, духовных подвигов, имеющих космический масштаб.

      Именно в самоуглублении; направленном на осуществление божественной коммуникации и преображение человека, космисты усматривали первую ступень теургии - антропоургию, цель которой - собрать Я, объединить человека, создать абсолютную личность как существо космически значимое, уникальное, божественное, способное выйти из бездны личности в бездну божественного космоса

      Философия религиозных космистов была направлена и ни поиски единства человека с человеком и миром. В теургическом акте сочетаются действия Бога с космической стихией и естеством человека, что и составляет предпосылку Богочеловечества. Это всемирно-историческое и вселенски-космическое единство осуществляется, как показали космисты, посредством таких теургических модификаций, как софиургия и космоургия.

      Софиургия есть достижение единства мировой истории и социального процесса (╚соборность╩). Флоренский утверждал, что антропоургия ╚водворяя мир в душе человека, способствует умиротворению общества и вселенной╩[15]. В софиургическом процессе участвует не только история, не какая-то часть сотворенного мира, но вся вселенная, весь космос. Проникновение в божественный смысл мировой космической жизни, воссоединение с ней есть космоургический процесс. Через это единение происходит усовершенствование и космоса, и человека. Космоургия есть единение человека с Богом, возвращение некогда отпавшего от Бога человека в состав божественного бытия (╚вселенскость╩, ╚богочеловечество╩ как подлинное человечество).

      ╚Теургическое беспокойство русской мысли╩ (В.Зеньковский) распространялось и на метаисторию. Космисты были убеждены, что судьба человеческая неразрешима в пределах истории, она получает окончательное решение ╚во вневременном, в вечности, во всеединстве за пределами истории╩[16]. Человеческая история в конечном итоге вновь вливается в ╚небесную историю╩. Космизм, таким образом, соприкасается с эсхатологией как учением о подлинном исполнении истории и бытия.

      Русские космисты наполнили русскую идею всечеловеческим, вселенским смыслом, обогатили и конкретизировали ее.

      Национальный характер

      Издержки национального характера

      Учение о всеединстве как центральном моменте философии космизма выразило положительные черты и возвышенные чаяния русского народа, его национального характера. Но в характере каждой нации существуют и изъяны. Они, несомненно, были и есть и у русского народа. Впрочем, необходимо заметить, что некоторые из них являются абсолютизацией вполне понятных упований народа.

      Русская нация в течение тысячи лет воспитывалась на православных ценностях. Уже самое наименование ╚русской веры╩ свидетельствовало о солидном самомнении русских. Огромные жизненные пространства, занимаемые русскими, также немало способствовали этому горделивому самомнению. Быть может, географическим фактором определялась и присущая русским теллургическая мистика, согласно которой земля есть божье достояние, принадлежать она должна всем и, следовательно, никому. Таким образом, русский мессианизм есть порождение национального самомнения; огромные пространства, заселенные миллионами людей, - разве это не подтверждение исключительной исторической миссии россиян? Русский народ может и должен привнести в мир правду и справедливость.

      ╚Обеспокоенность╩ миссионерскими обязанностями привела к забвению и пренебрежению конкретной человеческой судьбой. Русскому человеку зачастую некогда было заняться устроением своей жизни - все силы духа были направлены на ╚внешнее╩ устроение. Государство как наднародный орган занималось прежде всего наведением внешнего принудительного единства, решением ╚общих╩ проблем, до конкретного человека государству также дела не было.

      Неустроенность русской жизни компенсировалась коллективными фантазиями, мечтанием о всеобщей справедливости, благе, красоте и добре. Она определяла и беспомощность в постепенной перестройке социальных форм жизни. В русскую идею проникло чувство нетерпения, которое на ╚мирском╩ (обыденном) уровне трансформировалось в убеждение возможности скорой (╚чудесной╩) трансформации земной юдоли в ╚царство небесное╩, немедленного идеального мироустроения. Этим во многом объясняется терпимость к рискованным социальным экспериментам со стороны государственных лидеров в разные исторические эпохи.

      Следствия издержек национального характера

      Издержки национального характера, историческая толерантность подготовила приход коммунистов. Коммунизм, таким образом, не был абсолютно случайным, извне навязанным учением. Коммунисты сознательно и бессознательно учитывали эту готовность ╚мирского духа╩ к восприятию коммунистических идей. Тоталитаризм православия подготовил почву для коммунистической идеологии, быстро принявшей характер ╚светской╩ религии. Как самодержавное государство мало пеклось о внутреннем комфорте человека, так и коммунисты уповали лишь на насилие и внешнее принудительное единство. Однако, если самодержавие вкупе с православием могло надеяться ╚в веках╩ решить главнейшие жизненные проблемы народа (о чем, к примеру. свидетельствуют реформы самого цивилизованного государя России Николая 1), то коммунисты во главе с Лениным обещали ли в мировом масштабе решить все жизненные проблемы сразу в ближайшие десятилетия. Это и есть главное свидетельство искажения русской идеи коммунистической идеологией. По словам Н.Бердяева, ленинское учение о государстве есть извращение идеи социального всеединства.

      В извращение русской идеи вполне вписывается и марксистское представление о предшествующей истории как предыстории. Если русские космисты утверждали, что в рамках человеческой истории не могут воплотиться человеческие упования, то коммунисты были уверены, что именно коммунистическая эпоха - время решения вековых идеалов человечества. Если русская идея как идея всеединства - обшечеловечна по форме и содержанию, то идеология коммунизма есть логическое продолжение национального мессианизма с его утверждением особого исторического пути России.

      Другим элементом, извращающим учение о всеединстве, является коммунистическое учение о пролетарском интернационализме.

      Космические устремления русского народа превратились у коммунистов в социальный титанизм: соотечественникам годами вдалбливали мысль о том, что коммунисты способны не только идеально обустроить социальный космос, но и ╚переделать╩ природу и завоевать всю вселенную. (Попыткой поэтического отображения этого бреда были некоторые произведения В.Хлебникова и С.Есенина, ошибочно трактуемые иногда как космические). Коммунистический титанизм в любой сфере полностью исключает антропокосмический синтез, он является убедительным выражением безоглядной деструктивности и насилия, свойственных ╚коммунистической идее╩. Прав Бердяев: ╚Русский коммунизм... есть деформация русской идеи, русского мессианизма и универсализма, русского искания царства правды╩[17]

      Литература

      1. Русская идея // Сб.: Русская идея. М., Республика. 1992. С.187.
      2. Русская идея // Сб.: Русская идея. М., Республика. 1992. С.187.
      3. Русская идея // Сб.: Русская идея. М., Республика. 1992. с.204.
      4. См.: Старый и новый мессианизм // Сб.: Русская идея. С.25.
      5. Сб.: Русская идея. С.321.
      6. Бердяев Н.А. Русская идея / / О России и русской философской культуре. М., Наука. 1990. С.268.
      7. Бердяев Н.А. Русская идея / / О России и русской философской культуре. М., Наука. 1990.С.267.
      8. Франк С.Л. Душа человека. М., 1917. С.56.
      9. Стать зеркало души народа // Вопросы философии. 1989. С.113.
      10. Nodes petropilitanal. Пг. 1922. С.106.
      11. Лосев А.Ф. Русская философия // Век XX и мир. 1988, N 3. С.42.
      12. Жизненный смысл христианства. Философский комментарий на учение о Логосе ап. Иоанна Богослова // Вопросы философии и психологии. 1900, кн.IV (54). С.624.
      13. Жизненный смысл христианства. Философский комментарий на учение о Логосе ап. Иоанна Богослова // Вопросы философии и психологии. 1900, кн.IV (54). С.636.
      14. Франк С.Л. Смысл жизни // Вопросы философии, 1990, N 6. 0.118.
      15. Столп и утверждение истины. М., 1990. c.818.
      16. Бердяев Н.А. Смысл истории. М., 1990. С.148.
      17. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. С.326.
      18. Русская идея: символ и смысл // Вопросы философии. 1992, ╧ 8.

      ПРОБЛЕМЫ НООСФЕРЫ И НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ САМООРГАНИЗАЦИИ РОССИЙСКОГО СОЦИУМА

      В. Н. Келасьев



      © В.Н.Келасьев, 1996

      Келасьев Вячеслав Николаевич, доктор философских наук, заведующий лабораторией НИИКСИ.

      Ситуация в России.

      Парадоксальность ситуации, сложившейся в России, состоит в том, что мы пока не приближаемся, а удаляемся от ноосферы, по крайней мере, того ее образа, который сложился в теории.

      В связи с этим возникает вопрос, как, с помощью каких механизмов может быть осуществлено возвращение на путь движении к ноосфере?

      Среди прочего нужно иметь виду, что с точки зрения ноосферного подхода мир будущего представляется миром без насилия. Присутствие же насилия свидетельствует о том, что мы действительно не приближаемся к сфере разума, а удаляемся от нее. И должно быть адекватное восприятие обществом этого факта.

      Российский социум оказался расколотым на ряд различных, зачастую противостоящих друг другу менталитетов. В связи с этим возникают проблемы преодоления их отличий, снятия противостояния (совмещение друг с другом) и более масштабная, глобальная задача приближения существующих менталитетов к ноосферному менталитету. Понятно, что существующие типы менталитетов были сформированы в прошлом и мало ориентированы на ноосферную проблематику. В литературе выделяются следующие типы менталитетов:

      • советско-социалистический (материализм, атеизм, технократизм, примат общественного над личным, коллективизм и пр.);
      • западно-ориентированный менталитет капиталистического типа (субъективизм, прагматизм, сциентизм, примат личного над общественным, индивидуализм, релятивизм и пр.);
      • православно-славянский (религиозная духовность, державноcть, народность, соборность и др.);
      • другие религиозно-национальные менталитеты (исламский, буддийский, иудаистский и др.);
      • криминально-групповой менталитет (криминальная мифология, культ силы, антисоциальное поведение и т.п.);
      • стихийно-мозаичный менталитет, конгломерат осколков различных менталитетов, включая элементы оккультизма и суеверий, во многом продукт современной массовой культуры и средств массовой информации, порождающих подражательность и конформизм поведения.

      Нам представляется, что можно также выделить менталитет сектантского типа, характерными чертами которого являются: узость сознания, крайняя нетерпимость, фанатизм, нечувствительность к противоречиям и логике вообще, уверенность в собственной исключительности, мессианской роли и т.п. Носителями такого менталитета являются многочисленные секты, прежде всего тоталитарного типа (Белое Братство, Сенрико АУМ, Мунисты, Свидетели Иеговы, сатанисты и др.). Несовместимость такого менталитета с ноосферным мышлением не вызывает никаких сомнений.

      Достаточно далеки от ноосферното мышления и все перечисленные выше типы менталитетов. Однако некоторые их компоненты могут быть использованы для формирования ноосферного мировоззрения. Например, из советско-социалистического менталитета может быть полезным учение о примате общественного над личным, коллективизм, который облегчит человеку принятие требований экологического императива, централизма, выраженной регламентации поведения и т.п., из православно- славянского - понятие религиозной духовности, моральные принципы, те же коллективистские начала, понятие ответственности и пр.

      Ставка только на западный менталитет капиталистического типа с его индивидуализмом, приматом личного над общественным, ориентацией на накопительство, эксплуатацию природы, безграничное расширение производства и пр. очень и очень сомнительна. Этот тип менталитета очень далек от подлинно ноосферного мировоззрения, хотя его долгое время пытались культивировать в нашей стране.

      Пока же мы на каждом шагу сталкиваемся с тем, что различные типы менталитетов претендуют на свою исключительную роль в жизни общества, демонстрируют явную неспособность и нежелание к совмещению с другими, проявляя нетерпимость к инакомыслию, стремление к использованию силы при разрешении конфликтов, ориентацию на борьбу, а не на поиски согласия.

      Человечество в целом.

      Картину, подобную трудностям совмещения различных менталитетов на материале российского социума, мы можем наблюдать и на более высоком уровне (человечества в целом). Только с понятием менталитета можно связывать уже понятие цивилизации. Сейчас насчитывают восемь различных типов цивилизаций (западную, японскую, исламскую, православно- славянскую, конфуцианскую, латиноамериканскую, индуистскую, африканскую).

      Как правило, каждая цивилизация пытается всеми средствами защитить свои отличия, свои ценности навязать другим и при этом, удивляется, почему представители иных цивилизаций зачастую ее не понимают и отвергают. Здесь можно говорить о различной мере готовности социумов разных уровнен к совмещению.

      В частности, могут быть выделены следующие этапы готовности к совмещению:

      • нулевой (полное отсутствие готовности к совмещению);
      • частичное осознание необходимости совмещения - при практической пассивности в этом плане;
      • то же самое, но с некоторыми реальными действиями - однако, не как что-то реально необходимое и осознанное, а вслепую, без теории процесса, без создания истинной готовности к совмещению у людей и у различных социальных групп;
      • выраженное осознание необходимости совмещения - при более или менее целенаправленных действиях и поисках в этом направлении:
      • адекватное осознание необходимости совмещения всеми членами общества (готовность к уступкам, компромиссам, самоизменениям, отказам от стереотипов).

      Российский социум в настоящий момент находится на уровне частичного осознания необходимости совмещения. Человечество в целом тоже еще только начинает формировать некоторые общие позиции, способствующие сближению сильно различающихся ценностных ориентаций. Поэтому исключительно важной является разработка методики диагностики такой готовности социумов разных уровней к сближению позиций. В соответствии со сказанным к приоритетным социологическим задачам, решение которых способно стимулировать процессы самоорганизации социума, могут быть отнесены:

      - разработка общей теории достижения общественного согласия;

      - профессиональная постановка всего комплекса проблем по формированию менталитета ноосферного типа (на базе реально сложившихся и уже существующих менталитетов);

      - разработка концепции общества как разновидности саморазвивающейся рефлексивной системы;

      - информирование населения о наиболее распространенных типах мифов и стереотипов.

      При этом важно исходить из установок не на программирование общества, а на подлинную самоорганизацию, привлекая потенциал уже сложившихся методов разрешения конфликтов и ведения переговоров, коллективного творчества, деловых игр, психологических тренингов, техник коррекции группового и индивидуального сознания и поведения - сложившиеся социологические, психологические методы могли бы снять многие препятствия на пути достижения социумом подлинной самоорганизации, поднять его на более высокий уровень рефлексивности.

      Литература

      1. Зобов РА., Келасьев В.Н. Мифы российского сознания и пути достижения общественного согласия. С. -Петербург, 1995.
      2. Келасьев В.Н. Интегративная концепция человека. Изд - во С. - Петербургского ун - та, 1992.
      3. Семонов В.Е. Основные менталитеты в современном российском обществе и проблема их совместимости. В кн.: Человек в условиях кризиса. Материалы научной сессии НИИ комплексных социальных исследований. С. - Петербург, 1994. С.6-8.
      4. Субетто А.И. Экс-будущее и стратегия выживания мировой цивилизации. В кн.: Идеи Н.Д.Кондратьева и динамика общества на рубеже третьего тысячелетия. М., 1995. C.410-427.
      5. Хантингтон С. Модель грядущего конфликта / Полис. 1994, ╧ 1. C.33-67.



      Об экологическом кризисе: 1 файл (120 kB), содержащий: 1) статью Дэвида К. Кортена, 2) резюме книги В.И.Данилова-Данильяна и других, 3) проект "Экобудущее", 4) проект Будапештской конференции, 5) проект Святослава Забелина

      Для отзывов: Guest Book, E-mail: n_kronov@chat.ru

      [ На главную ] [ Космогония ] [ Учение Христа ] [ English ] [ Ресурсы Интернета ]
      [ Ноосфера (решение проблем человечества) ] [ Актуальные заметки ]

      TopList